Эскортница

Хочется пить его наслаждение, купаться в нем, пропитываясь счастьем.

Срывает голову, я, кажется, с ума схожу. Перестаю собой быть. Или, напротив, только себя открываю — другую, свободную?

Моя жизнь — беспрерывный бег за целью. Сначала балет — с трехлетнего возраста ежедневные изматывающие тренировки. Боль, растяжка, повторение движений безумное количество раз. Главная отдушина маленькой девочки, мечтающей стать прекрасной. Наш Дом творчества был единственным местом, где я реализовывалась, ощущала себя личностью. Особенной.

Травма, слезы, отчаяние. Спина месяц болела, но я терпела и не жаловалась, опасаясь, что попросят сделать паузу и восстановиться. Не буду я, сидя на лавке, наблюдать за девочками! Само заживет как-нибудь!

В итоге запрет когда-либо вновь серьезно заниматься танцами.

Конец света. Новый удар — измена отца. Больше я не могла верить родителям, особенно папе. Да и матери тоже, с ее наивностью.

В одном из учебников по политологии я прочитала интересую вещь: в прошлом миром правили военные, сейчас — силовые и юридические корпорации. Андрей Осадчий выглядел как раз так, словно он делает что-то великое. У меня появился шанс стать значимой. Я увидела новый путь.

Отдала всю себя учебе, накопила денег, поступила, поверила в успех... и новое потрясение — отказ в бюджете.

Тупик. Кажется, в тот момент у меня просто закончились силы. Нагрузка оказалась непомерной. Разочарование — опустошающим. Страх, что больше не найду себя, — грандиозным.

Все эти годы я никогда не думала о чем-то приятном для себя самой. По-настоящему приятном. В общине забота о себе считалась стыдным и греховным. Мама часто хвасталась, что ни разу ни одним кремом лицо не намазала.

С Артёмом Истоминым я действительно ощущаю себя счастливой, просто потому что нравлюсь ему такой, какая есть. Ночью, когда он целовал меня между ног, я так сильно растерялась! Столько ласки для меня одной. Его возбуждало мое удовольствие. А меня — его кайф.

Потрясающий замкнутый круг. Разбудила Артёма, а он мало того, что не отказал. Еще и залюбил до смерти!

Пью молоко и думаю о том, что готова сделать для Истомина все что угодно! Столько чувств внутри горит! Душа требует обнимать его, целовать. Прижиматься и облизывать. Клянусь, я бы съела его, если бы было возможно! И позволила бы съесть себя.

Зажмуриваюсь.

Все, что Артём предлагает, приносит удовольствие. Я верю ему. И хочу зайти еще дальше. Вдруг и правда групповой секс — это мое?

Проверяю телефон — несколько сообщений от Адель, Наиры. Они волнуются, всё ли нормально, не обижают ли меня. Пишу, что не обижают.

И одно от мамы.

«Алина, детка, папа не звонил?»

«Привет, мамочка. Нет, а должен был? Ты же знаешь, он давно не звонит.