Трёхлунная ночь

"

"Обернувшись, она в ужасе отскочила, едва не повалив Искра, и лишь потом поняла, что бескрылый белёсый дракон, яростно разинувший пасть, безнадёжно мёртв. Когда-то, впрочем, он определённо был живым, но это только добавляло жути. По приказу Огонь беднягу выпотрошили и чем-то набили, а потом выставили напоказ.

Неужели такова судьба всех здешних узников?

Солнышко с отвращением передёрнула крыльями. Хороша будет спасительница мира, дракончик судьбы, – на музейной подставке, набитая соломой! От страха хотелось упасть, закутать голову крыльями и кричать, кричать…

Нет! Надо верить в пророчество, оно не подведёт. Что станет с драконами Пиррии, если она бесславно умрёт в плену? Пророчество настоящее!

Однако в голове раздавался вкрадчивый шёпот Провидца: «Я сам его сочинил!» – и как Солнышко ни старалась, не хотел умолкать.

Она пригляделась к белому чучелу. Дракон был не совсем бескрылый, на спине торчали небольшие бугорки, из которых так ничего и не выросло. Тело его казалось каким-то скользким и походило на змеиное, но неприятнее всего были оскаленная пасть и выражение морды.

– Страшный, да? – шепнул на ухо Искр, и она снова вздрогнула. – Его прислали лет десять назад – говорят, запрещённая помесь песчаных и ледяных. Огонь сразу поверила… хотя, может, и врут. Она вообще ратует за чистоту крови нашего племени и не терпит всяких там полукровок.

– Понятно… – Солнышко вздохнула, думая о несчастном Звездокрыле, который остался так далеко. Интересно, что бы он сказал, упомяни она о «чистоте крови песчаных».

– Искр! – прогремел вдруг голос где-то высоко над головой. – Я слышу тебя! Где моя вода?! Если сейчас же не принесёшь, клянусь, поймаю твою воришку и проглочу!

Солнышко застыла с упавшим сердцем, глядя на Искра.

Голос было трудно не узнать.

Королева Пурпур жива! Она здесь и тоже в плену!

Глава 10

– Пурпур у вас? – шёпотом спросила Солнышко. – Все её ищут! Некоторые даже подозревают, что это мы прячем её.

Песчаный принц со вздохом почесал нос.

– Сестрица любит держать под присмотром свои… хм… экспонаты. Только от этой небесной одни неприятности – прежде всего, у меня, бедного драконохранителя.

Глянув на тёмный потолок над головой, он обвёл взглядом пол и вдруг громко крикнул:

– Цветок! Цветок! – затем выбрал из связки на шее маленький колокольчик и потряс, наполняя гулкую пустоту башни тоненьким хрустальным звоном.

С пандуса донёсся лёгкий частый топот, и из сумрака появилась крошечная фигурка.

Солнышко не верила своим глазам.

Воришка! Здесь, в Песчаном дворце! Живой, настоящий, он бежал на тоненьких задних лапках и пронзительно стрекотал, как белка. Спрыгнув с пандуса, зверёк бросился к дракону.