В очереди за счастьем (СИ)

Она и с Абрамовым тоже отжигала, как со мной? Против воли руки сжимаются в кулаки.

Наташа меня не замечает. Всё ее внимание приковано к Якову, который опустился возле нее на корточки и взял ее ладони в свои.

— Яш… — повторяет она, а мне хочется лезть на стену, — Как же так? Неужели я всё это время жила с монстром?

Он ей не отвечает, а я стараюсь включить голову. Это, пздц, как не похоже на любовное свидание.

— Как это произошло? — Яков задает вопрос, оставаясь в том же положении.

— Он к городу подъезжал. У нас завтра, то есть сегодня уже, заседание. Его машину расстреляли из автоматов.

Это какой-то дурной сон. Макар не мог… Не мог же?

— Нат… — Абрамову достаточно произнести ее имя, как она вся сникает. И торопливо добавляет:

— У него жена молоденькая совсем. Ребенка ждет. Ей рожать скоро. Как я ей в глаза буду смотреть, если Роберт не выживет?.

— Не сгущай краски и не впадай в истерику. Ты говорила с врачами?

Жестко. Но действует.

— Пробовала. Всё, чего добилась — идет операция.

— Сколько часов?

— Семь-восемь.

— Пойду, я счастья попытаю. Помашу корочками. А, — Яшка вспоминает о моем существовании, — Это мой друг — Марк.

Потом говорит, обращаясь ко мне.

— Это Натка, — и уходит.

Мы остаемся вдвоем и тупо пялимся друг на друга. Эта встреча, как чья-то шутка.

Жду какой-то реакции, но ее, видимо, не будет.

Присаживаюсь на соседний стул и предлагаю:

— Поговорим? — мне достается взгляд из разряда: ""Сейчас вот вообще не до тебя."""

"И что-то в женщине рядом изменилось. Одета проще — джинсы, футболка, ни куртки, ни кофты, хотя ночью прохладно. Волосы стянуты в хвост на затылке. Без макияжа. Но так выглядит моложе. И беззащитней.

Однако в те два раза, что мы виделись, она шла на контакт, а сейчас, я это кожей ощущаю, вокруг нее стена, за которую мне нет хода.

— Зачем? И о чем? — слова это лишь подтверждают.

И даже голос становится другим. Не таким, каким она разговаривала с Абрамовым.

Это бесит.

— Считаешь, не о чем?

Отводит взгляд и молчит.

Глава 27

Наташа

Последние недели были не просто тяжелыми. Они были неподъемными. Бракоразводный процесс мчался как скорый поезд. А меня привязали на железнодорожных путях. На работе начались проблемы. Я была к этому готова. Я начала привыкать к новому Макару.

И ничего хорошего от него не ждала. Это раньше он ждал поддержки от моего отца, а теперь давно уже оперился и встал на крыло. И не побрезговал подключить свои связи. Дошло до того, что прокурор, так щедро предложивший служебную квартиру, попросил ее освободить. Всё, чем я занималась по работе, изучали не то что с лупой. С микроскопом. К счастью, зацепиться ни за что не смогли.

Чего-то подобного я и ждала. Люди этой системы всегда на стороне победителя. А с их точки зрения у меня против Макара нет шансов.