Злодейка чужого мира (СИ)

Но ей было просто наплевать.

— Мастер Абаль нуждается в восстановлении, но руку мы сумели спасти. У него прекрасный магический резерв.

Ясмин покрепче прижалась к матери и попыталась понять. Когда она просила маму помочь Абалю, она с трудом представляла себе, как именно помочь. Остановить кровотечение? Закрыть кость? Что-нибудь придумать, вроде того экспериментального торта? В конце концов, у Мирты было целых четыре руки, а, значит, теоретически, это возможно.

Ведь возможно?

— Он останется на пару дней в лаборатории, ему требуется наблюдение и физический покой. Если хочешь навестить его, то сейчас лучшее время, потому что на ночь я запру его в восстанавливающую камеру.

Ясмин неохотно отстранилась. От матери пахло густой сладкой дрянью, в которую вмешивались нотки горечи.

— Ты никуда не уйдёшь? — уточнила она. — Будешь ждать меня прямо на этом месте?

Мать засмеялась. Морщинки собрались у самых глаз, хотя в вечерней полутьме она выглядела молодой и весёлой.

— Давай так, я устрою на ночлег наших дорогих гостей, а к ночи приду в твою спальню. Как тебе мой отличный план?

— План самый отличный, — тут же согласилась Ясмин.

Ей снова было восемь, и они с мамой — самые главные заговорщики в доме. Они были командой и там, в советской старой трешке, а в этом мире их навыки только возросли.

Но когда мама поманила за собой Верна и Хрисанфа, она вдруг почувствовала себя мамой-уточкой, у которой уводят утят. Оба шли за матерью, но непрестанно оборачивались на Ясмин.

По-хорошему, ей нужно было поторопиться. Идти, бежать. Найти Абаля, который сидит один в темной лаборатории, спасённый человеком, который его ненавидит. Преданный и обманутый Ясмин. Потерявший ради неё кисть руки и снова ее обретший.

Ясмин встала. После снова села на облюбованный пригорок. Ее целью было вернуться в свой мир, а теперь, когда она прошла четыре испытания и получила маму, цель не сильно изменилась. Дом — это мама. Слова-синонимы.

Абаль… Она рада, что удалось спасти его руку, она вернёт его домой, даже если мама будет против, но и только. Ясмин слишком встроилась в чужую жизнь, слишком привязалась к людям, которые были лишь попутчиками на пути к цели. Ясмин не обязана смотреть Абалю в глаза и оправдываться за чужие ошибки.

Она не обязана чувствовать то, что чувствует. И в ее силах остановить эту пытку. Только травмированные невротики считают, что любовь превыше всего или что ее, боже упаси, нельзя остановить. Можно. Конечно, ее нельзя включить или выключить, как пароварку, но можно поменять температуру. Градус. Вектор.

Ей просто-напросто нечего сказать Абалю.

Она медленно поднялась и двинулась к дому, который едва улавливался в темноте.

— А я-то наделся, что ты придёшь поплакать у меня на груди, — остановил ее ядовитый голос.