Бизнес-план счастья

Это были обычные белые конверты, у которых вот тут, — он отогнул треугольную «крышечку» с данного Верой письма и показал ей изнанку, — два розовых сердечка. Точно таких же."

"— То есть Катерина отправила Костику то письмо, — задумчиво сказала Вера. — И она точно была с ним знакома, а значит, и наркотики вполне могла предложить. Но зачем? Если она мечтала о том, чтобы Павел… то есть Молчанский ушел от жены и женился на ней, то ей были невыгодны распри в семье. Несмотря на всю свою глупость, она не могла не понимать, что он никогда не бросит сына-наркомана. Молчанский просто соткан из ответственности и долга.

— Ну этого уж я не знаю. — Сыщик пожал плечами. — Когда все снимки были готовы, я снова побывал у Светланы в квартире, вызволил свою камеру. Но больше ничего интересного там не увидел. Извините, но больше я не могу вам ничем помочь.

Вера распрощалась с детективом, вышла из его офиса и села в машину. Итак, еще одной тайной стало меньше, вот только понятнее от этого не становилось. Немного подумав, Вера позвонила Аглае Молчанской, и спустя пять минут еще один кирпичик лег на место.

Письмо, в котором Аглае сообщали о том, что Светлана Молчанская — неродная ее мать, пришло по почте и было вложено в конверт с розовым сердечком на крышке. А значит, его тоже отправила Катерина. Зачем?

В голову Вере пришла внезапная мысль. А что, если познакомиться с Костиком и отправить анонимки Катерину научил Сергей Гололобов? К тому моменту его афера с деньгами была успешно осуществлена, но в любой момент могла вскрыться. Значит, внимание Молчанского нужно было отвлечь, а для этого неприятности с детьми подходили как нельзя лучше, ведь все окружающие знали, как владелец «М — софта» берег и ценил свою семью.

Что ж, похоже на правду, очень похоже.

Вера завела машину и поехала в больницу к Костику. Она не знала, сможет ли разговорить мальчишку, категорически отказывавшегося общаться на нужную ей тему, но понимала, что просто обязана попытаться. При виде нее мальчик не отвернулся к стене, а, наоборот, даже сел на кровати.

— У папы… — он на мгновение запнулся, но тут же решительно продолжил, — у папы все плохо?

— Нормально. — Вера пожала плечами, стараясь выразить беззаботность, которой не испытывала.

При мысли о сидящем в СИЗО Молчанском у нее сжималось сердце, но сейчас показывать это было нельзя. — Насколько это может быть нормально в такой ситуации. Мы справимся, Кость. Папа справится, а я и ты ему поможем. Хорошо?

— А я могу ему помочь? — В голосе мальчишки вдруг зазвучала такая неприкрытая надежда, что Вера с трудом сдержала улыбку. Какой же Костик, по сути, еще ребенок!

— Конечно, можешь, — сказала она с уверенностью, которой тоже не испытывала.