Японская война. 1904 (СИ)

Мы закончили с приветствиями, и я тут же перешел к делу:

— Михаил Иванович, а остальные? — я ведь помнил про штат полка: штабные должности, 4 подполковника, 16 капитанов…

— 22-й стрелковый формируется последним, так что придется подождать, пока новые офицеры прибудут с пополнениями. Впрочем, у вас шесть штабс-капитанов, даже восемь, учитывая тех, что приехали с вами. Уверен, вы справитесь, — Засулич не издевался, он ведь и сам по факту формировал весь корпус прямо на первой линии."

"Причем в довольно двусмысленной ситуации. Главнокомандующий Куропаткин отдал ему приказ стоять в обороне и в случае чего огрызаться и отходить. А наместник всего русского Дальнего Востока Алексеев, наоборот, хотел идти вперед, чтобы как можно раньше показать японцам их место и минимизировать экономические потери. И вот у Засулича было в два раза больше начальников, чем нужно, и в два раза меньше людей.

Не знаю, высказывался ли он сам об этом, но лично я молчать не собирался. Кажется, перенос во времени не очень хорошо сказался на моем характере. Скверный он стал.

— Это меньше половины от того, на что я рассчитывал, — выдал я.

— Что?

— Текущих сил полка недостаточно, чтобы выполнять поставленные передо мной задачи, — я повторил то же самое сухим казенным стилем.

— А я перед вами еще никакие задачи не ставил, — Засулич начал хмуриться, разом растеряв все свое хорошее настроение.

— Мне уже выделили участок реки, где нужно будет остановить врага…

— Враг пойдет по переправам, так что вам нечего бояться… — генерал ответил с такой уверенностью, что у меня даже мурашки по спине побежали. И когда же с таким апломбом он согласится признать, что японцы могут поступить не так, как он за них решил?

— Может, у вас получится выделить хоть что-то? — очень не хотелось продолжать, но уходить с пустыми руками хотелось еще меньше. — А то у меня ни артиллерии, ни даже казаков нет.

— Вся артиллерия сведена в дивизионные батареи для прикрытия бродов, — Засулич сначала отмахнулся, но потом задумался. — А вот насчет казаков… У меня тут прибыл один хорунжий из Иркутска. Тоже молодой, дерзкий, уже поспорил с генералом Мищенко. Думаю, Павел Иванович не обидится, если я выделю вам сотню с этим самым Врангелем[1].

Собственно, на этом наша беседа и закончилась. Меня никто даже слушать не стал, зато я стал обладателем одного из будущих белых генералов. А ведь и правда… Только сейчас вспомнил, что многие из них прошли через Русско-японскую, даже сражались вместе и вместе дружно отступали по Мукденской дороге в 1905-м… Судьба?

Я вышел на улицу, вдыхая воздух полной грудью. В палатке хоть и проветривали, но запах масляных ламп истребить было не так просто. Вслед за мной вышли оба подполковника, и мы двинулись к нашим позициям.