Катрин. Книги 1-12

Время от времени доносился голос Сары, тихо напевавшей под слабые звуки лютни. Затем все стихло.

Первым желанием рано пробудившейся Катрин было подбежать к окну. Открыв деревянный ставень, она высунулась наружу. Повеяло прохладой. Катрин разочарованно вскрикнула: никакого следа от лагеря цыган не осталось… разве что черные круги на траве, там, где горели костры. Они, видимо, уехали на рассвете, растаяв как сон в розовой дымке утра. Деревня безмятежно спала. Ночная вакханалия рассеялась, как дым костров. Кто-то насвистывал под окном Катрин, выходившим на ворота конюшни.

Это был один из солдат эскорта, и она окликнула его:

– Скажите мессиру Руссе, что я хочу поговорить с ним.

Солдат улыбнулся и, поприветствовав ее, побежал за угол дома. Несколько минут спустя Руссе постучался в дверь и, получив разрешение, вошел. Катрин в утреннем платье ждала его у окна. Эрменгарда еще лежала в постели. Натянув одеяло до носа, она смотрела на эту сцену неодобрительно и сурово. Но молодого капитана это нисколько не смущало. Напряженное выражение лица Катрин беспокоило его гораздо больше.

– Вы видели сегодня утром Сару? – спросила она, не потрудившись даже заметить глубокий поклон молодого человека.

– Я ее не видел, но один из моих людей заметил ее. Было очень рано, перед восходом солнца. Она уехала с цыганами, сидя верхом на крупе позади их предводителя.

– Уехала?

Глубокая боль пронизала внезапно душу молодой женщины. Она почувствовала желание расплакаться, как маленькая покинутая девочка. Эрменгарда была права. Оказалось, что для Сары ничего не значили старые добрые и даже нежные отношения по сравнению с зовом прошлого, с искушением вести свободную бродячую жизнь… Катрин должна была согласиться со всем, что она отрицала вчера вечером.

Она опустила голову, и Жак увидел, как слеза скатилась по ее щеке.

– О! Не плачьте! – воскликнул он, потрясенный.

– Да… ничего, пройдет. Благодарю вас, мой друг. Через час мы тронемся. Посмотрите, чтобы все было готово.

Она отвернулась к окну, чтобы скрыть слезы от Руссе, а он, испуганный этим, не рискнул ее утешать. Эрменгарда пожала плечами и сделала знак Жаку, чтобы тот удалился. Когда он закрыл дверь, графиня встала с постели, босиком подбежала к Катрин и обняла ее обеими руками.

– Поплачьте вместе со своей старой подругой, дорогая… Вчера вечером я не думала, что я права! Не надо думать, что эта Сара не любит вас. Понимаете, она принадлежит к породе перелетных птиц. Они не могут устоять перед неким зовом природы. И улетают… потом возвращаются.

Катрин покачала головой, подавляя рыдания:

– Она не вернется! Она встретила своих… Но что мне обиднее всего – так это то, что она уехала, не простившись.