Катрин. Книги 1-12

Обещание, которое, вполне естественно, вытеснило из ее головы другие более важные заботы, но о котором он, Беранже, охваченный внезапным восхищением «светочем мира», не забыл.

— Думая доставить вам обоим радость, — заключил Тристан, — я сегодня утром отправил с этим мальчиком приказ об освобождении, чтобы он мог сам при нем присутствовать. Мессир де Тернан подписал мне приказ по дружбе. Поэтому я был несколько удивлен вытянутым лицом вашего пажа. Я был уверен, что он явится сюда или отправится в какой-нибудь другой кабачок, чтобы со своим новым другом отпраздновать событие.

— Беранже, пора объяснить нам, что случилось на самом деле, вместо того чтобы смотреть на нас полными слез глазами. Этот юноша был не рад, что его освободили?

— О, напротив! Он был счастлив. Он спросил меня, кто я такой и как это мне так ловко удалось его вытащить из тюрьмы! Я ему ответил. Тогда он меня расцеловал… и бросился удирать со всех ног, на ходу крича: «Большое спасибо, друг! Может быть, мы еще встретимся! А пока что, будь так любезен, извини, но я бегу к кумиру Марион. Она мне кое-что должна, а с обязательствами никогда не следует затягивать».

И исчез по направлению улицы Сен-Жак.

— Да, — проворчал Тристан, — маловато для благодарности. Вот и хлопочи после этого за людей. И что же вы делали, что вернулись так поздно?

— Ничего… Гулял по берегу реки, смотрел, как проходят баржи и шаланды. Я чувствовал себя совсем одиноким… немного потерянным. Мне хотелось видеть людей. Потом я пошел по направлению больших коллежей…

— И потом, — продолжила, улыбаясь, Катрин, — поскольку вы не встретили того мальчика, который вам так запал в душу, вы все-таки решили вернуться.

Не переживайте, Беранже, вы совершили доброе дело, и совершенно бескорыстно, раз вам не предложили дружбы, которой вы так желали.

— Это правда! Я бы так хотел стать его другом! Я хорошо знаю, что рядом с парижским студентом — я только ничтожный деревенский невежда…

— Вы прежде всего храбрый мальчик, который сделал даже слишком много для неблагодарного фанфарона. Забудьте его, как забыла о нем я. Я заинтересовалась им только потому, что он напомнил мне потерянного друга. Не будем думать об этом! Завтра, как только откроют ворота, мы уезжаем в Тур.

— В Тур?

— Ну да. У вас не получилась дружба с мятежным школяром, но вы, возможно, увидите короля, — сказала Катрин с меланхолической улыбкой. — Это стоит того… хотя наш государь и не славится своей красотой."

"— Короля? Да… конечно! — вздохнул без всякого воодушевления Беранже, которого было действительно трудно утешить.

Однако его безразличие к земным делам не влияло на его аппетит, и он с такой же прожорливостью, как и накануне, уничтожил свой обед.