Катрин. Книги 1-12

– Сир, – тихо обратилась она, – не плачьте, не надо так огорчаться…

Он поднял заплаканное лицо, во взгляде его была такая мука, что она почувствовала, как сердце ее готово разорваться от жалости.

– Вам меня не понять! Это мой друг. Я его вырастил. Он всегда был рядом со мной. Когда я попал в плен в битве при Бюльневиле, мне разрешили взять его с собой… потому что он помог мне выжить. Как я теперь буду жить без него?"

"– Вам недолго осталось жить в плену. Я не знаю, что вам написала королева, ваша мать, но я могу сказать, что во Франции предпринимаются усилия для вашего освобождения.

– Об этом как раз и пишет моя матушка, – вздохнул он. – Идет сбор золота, политики пытаются убавить аппетиты Филиппа, но, как пишет матушка, даже ценой собственной жизни я не должен уступать герцогство де Бар.

– Теперь вы и на это согласны?

– Нет, конечно нет! Хотя я бы согласился отдать все земли, чтобы оживить Раво…

Катрин была расстроена, чувствуя себя невольной виновницей смерти собаки, так как, не урони она кубок с вином на пол, Раво был бы жив.

Внезапно ей в голову пришла мысль, она сдернула с головы шапочку и освободила свои роскошные волосы. Они упали ей на плечи золотым дождем, придавая ей неотразимую красоту и обаяние.

– Монсеньор, – прошептала она, – вы потеряли одного друга, но нашли вместо преданной служанки другого верного друга, друга, который сделает все, чтобы смягчить боль утраты!

Он взглянул на нее, глаза его расширились, словно стены тюрьмы вдруг рухнули и камеру залил поток солнечного света.

– Как вы прекрасны! – изумленно произнес он.

Недовольный Руссе нахмурил брови, но промолчал. Король осторожно опустил на землю бездыханное тело, встал и, взяв Катрин за руки, помог ей подняться. Он сильно сжал ее руки, восхищенный красотой. Казалось, ее волосы ожили в мерцающем пламени свечи.

Пользуясь оцепенением короля, Катрин взглядом указала Руссе на труп собаки.

Капитан понял намек, взял собаку на руки и, бросив подозрительный взгляд на остающуюся парочку, с насупленным видом вышел из комнаты. Он решил, что, как только король придет в себя, он просто прыгнет на Катрин. Молодая женщина и сама была недалека от этой мысли. Как только пальцы короля перестали перебирать ее блестящие пряди, а руки сильно сжали плечи, Катрин отступила назад.

– Сир, – мягко остановила она его. – Я сказала – другом.