Катрин. Книги 1-12

Ты станешь моей сестрой, и я посвящу тебя в тайны ислама…

В этот час, когда судьба завела Катрин в тупик, она вспоминала эти дружеские слова с улыбкой.

– Может быть, в этом решение: поехать к Абу-аль-Хаиру, узнать новую жизнь…

– Вы сошли с ума! – возмутилась Эрменгарда. – Ведь вам придется пересечь столько стран: прежде чем вы приедете в Гранаду, вас двадцать раз изнасилуют и столько же раз убьют.

– Достаточно будет одного раза, – ответила Катрин. – Вы правы: останемся здесь и будем ждать. Может быть, судьба моя даст мне знак.

Но, несмотря на драгоценный подарок Филиппа и его нежное любовное письмо, это Рождество было бесконечно печальным для двух затворниц.

Они вместе раздали немудреные подарки всем жителям деревни и городка, получили от них поздравления; они вместе провели долгие часы в часовне у яслей, которые ежегодно, по примеру святого Франциска Ассизского, Эрменгарда устанавливала в церкви, или на могиле маленького Филиппа. Снег покрыл всю землю. Изо дня в день, вставая утром, Катрин в отчаянии смотрела в окно. Казалось, солнце скрылось навсегда. Кругом был холод, темнота, и молодой женщине казалось, что сердце ее постепенно замерзает.

Однако земля под снегом постепенно пробуждалась, зима готовилась уступить место весне, и однажды в марте на дороге, ведущей к замку, появился монах на сером осле. В этот день на черной жирной земле полей появились первые травинки, а на деревьях начали лопаться почки.

Он спросил лучника, вышедшего ему навстречу, правда ли, что мадам де Бразен в замке, и, получив утвердительный ответ, попросил провести его к ней.

– Мадам де Бразен меня хорошо знает… Скажите, что это брат Этьенн Шарло.

Узнав об этом, Катрин приказала тотчас привести его к ней. Она была одна: Эрменгарда ушла на конюшню, где должна была ожеребиться одна из лошадей. Этот визит, напоминавший ей о прошлом, был приятен Катрин. Она не встречала монаха из Мон-Бевре с тех пор, как его и Одетту де Шандивер освободили из тюрьмы. Бывшая фаворитка Карла VI, как узнала Катрин, умерла вскоре после возвращения в Дофинэ. Она не выдержала лишений и дурного обращения с ней в тюрьме. Ее мать, Мария де Шандивер, убитая горем, вскоре последовала за дочерью.

Катрин тяжело пережила потерю этих двух женщин, и в мыслях ее брат Этьенн тоже больше не принадлежал этому миру. Но когда он переступил порог ее комнаты, она увидела, что он совсем мало изменился. Корона его седых волос совсем побелела, но лицо оставалось круглым, а глаза – живыми.

– Брат мой! – воскликнула молодая женщина, приближаясь к нему с протянутыми руками. – Я уж не надеялась увидеть вас на этом свете!

– А я чуть было и не покинул его, мадам. Я тяжело болел после выхода из тюрьмы.