Катрин. Книги 1-12

— Да, конечно… я… простила вас. Не беспокойтесь. Но я не могу как следует отблагодарить вас за все эти прекрасные вещи.

— Мне пришло в голову, — сказал Гарэн, легонько целуя холодную руку, которую он держал, — что вам понадобятся новые платья для участия в свадебной церемонии. Я хочу, чтобы вы были прекрасны… божественно прекрасны! Я горжусь, когда знаю, что вами восхищаются.

Такие комплименты от Гарэна были редкостью. Катрин вновь заставила себя улыбнуться. Она онемела от услышанной новости, но гордость заставила ее держаться невозмутимо. Нельзя было позволить Гарэну заметить ее горе.

Она подозревала, что мгновение раньше, вглядываясь в ее лицо, он ждал, что эта новость ее потрясет… Чтобы выиграть время и справиться с собой, она притворилась, будто рассматривает кружева, которые он ей привез. Это позволило ей опустить глаза, влажные от непролитых слез.

Катрин услышала вздох Гарэна. Он направился к выходу, но, обернувшись на пороге, тихо сказал:

— Я забыл: монсеньор герцог оказал вам честь тем, что просил напомнить о его расположении к вам. Он просил меня заверить вас, что надеется вскоре вас увидеть…

Тайный смысл слов Гарэна лишил ее остатков самоконтроля.

Становилось совершенно очевидно, что она была всего лишь предметом торга. В конце концов, как могла она, с ее скромным происхождением, сравнивать себя с Изабель де Северак? Ее можно купить и продать, ее тело, ее девственность являлись объектом подлой сделки. Какое унижение! Как отвратительно! Как смели эти двое мужчин так относиться к ни в чем не повинной женщине!

Она повернула к Гарэну бледное от гнева лицо со сверкающими глазами."

"— Я не намерена встречаться с герцогом, — ответила она, и голос ее был низким и хриплым от негодования.

Вы и ваш хозяин можете забыть о подготовленных вами планах. Вы вольны пренебрегать своим супружеским долгом, бесчестить себя, делать из себя посмешище, но я, хоть и не принадлежу к знати, я запрещаю вам относиться ко мне как к объекту купли — продажи.

Из глаз ее хлынули слезы, но гнев ее был далек от умиротворения. Она схватила горсть драгоценных безделушек, бросила их на пол и растоптала в ярости.

— Вот что я думаю о ваших подарках! Я не нуждаюсь в ваших побрякушках и новых платьях. Я никогда больше не появлюсь при дворе… никогда, слышите вы!

Холодный и неподвижный, как глыба льда, наблюдал Гарэн вспышку ярости Катрин.

Он пожал плечами.

— Никто не выбирает свою судьбу, моя дорогая… и ваша судьба не кажется мне столь ужасной, как вы хотели бы меня уверить…

— Может быть, в отношении себя вы и правы, но в отношении меня? Какое вы имеете право лишать меня всего, что составляет суть женского счастья — любви, детей?..

— Герцог предлагает вам свою любовь…

— Фальшивая любовь, от которой я отказываюсь.