Катрин. Книги 1-12

Но все же для того, чтобы решительно направиться в закоулки, куда боялись заглядывать дозорные, требовалась смелость.

– Если я тебе понадоблюсь, – шепнул ей однажды Барнабе, – пошли за мной в публичный дом. Он принадлежит Жако Морскому, сержанту… и нашему хозяину – хозяину всего городского сброда. Я говорю тебе это потому, что ты не болтлива, и потому, что, мне кажется, когда-нибудь ты этим воспользуешься. Если меня там не будет, ищи меня в трактире Порт-д'Уш: иногда, хотя и не слишком часто, я туда захожу…

Сначала Катрин не очень хорошо понимала, что такое публичный дом, – до того дня, когда она доверилась Саре.

Цыганка всегда называла вещи своими именами, считая правду более подходящей для воспитания девиц, чем лицемерие.

– Публичный дом – это такое место, где девки продают мужчинам за деньги свое тело, – сказала Сара.

Катрин приняла это к сведению и думала о словах цыганки, пробираясь вдоль домов по улице Грифонов, стараясь держаться в тени узких извилистых улиц.

Она не сразу решилась перейти площадь Сен-Шапель, одним духом пробежала к стоявшему посредине распятию и там остановилась. На утоптанной земле площади лежала длинная черная тень от креста, по обе стороны которого, повернув к нему каменные лица, Магдалина и святой Иоанн бесконечно созерцали муки Спасителя.

Отдышавшись, Катрин двинулась дальше вдоль стены замка герцога. Башни отбрасывали плотную тень, но она боялась дозорных, чьи шлемы слабо поблескивали в темноте. Потом она свернула в улицу Кузниц и побежала мимо облезлых лачуг, пахнувших дымом, гарью и оружейной смазкой. Улица была невероятно узкой, и от слишком близко друг к другу стоявших кузнечных горнов часто вспыхивали пожары. У каждого дома стояло большое ведро с водой. Катрин об этом знала, но от волнения споткнулась об одно из этих ведер, упала, ушиблась и как нельзя более естественно выругалась. Это было не в ее привычках, но ей сразу стало легче."

"Там, где улочка пересекалась с большой торговой улицей, она расширялась, образуя небольшую площадь – такую, что на ней свободно помещался позорный столб. Даже пустой, он представлял собой не самое приятное зрелище, и Катрин отвела глаза, собираясь продолжить путь. Вдруг она закричала – кто-то схватил ее за край плаща.

Неясная тень, выползшая из-за угла, икнула, засмеялась, плащ соскользнул на землю, а грубые руки схватили Катрин за талию.

Оцепеневшая от страха, девушка все-так попыталась сопротивляться. Извиваясь, словно угорь, она вырвалась из неловких рук, державших ее. Не подбирая плаща, она пустилась бежать, стараясь победить страх и не заблудиться: ей надо было найти таверну короля нищих.

Ее преследовали: она слышала у себя за спиной глухой топот босых ног и тяжелое дыхание человека.