Ненаглядная жена его светлости

В замке, конечно, царило уныние и растерянность.  Его светлость жизнь подчинённым облегчать не собирался,  так рявкнул на попавшуюся навстречу прислугу, что все тут же перестали лить слёзы и с утроенным рвением бросились выполнять свои обязанности.

Тело неизвестной покойницы Арман до поры до времени отправил в одну из дальних комнат подземелья,  погрузив  его в стазис.

Когда всё уляжется, надо будет отдать магам-некромантам, пусть разбираются, кто, почему и зачем.

И отправился к  леди Адель.

– Милорд, – увидев, кто вошёл, женщина вскочила и присела в книксене. – Мой вестник.

– Оказался как нельзя кстати и вовремя, – мягко ответил герцог. – Встань. Я не сержусь, Адель. Твоё молчание спасло Сонии жизнь. Кто, кроме тебя, ещё знает, что миледи живёт в Двух тополях?

– Умар и слуги усадьбы.

– Отлично. Пусть всё так и остаётся.  Я сейчас же отправляюсь обратно – там есть пострадавшие, семьи погибших. И отряд  королевских дознавателей.  Но городской маг уже выяснил, что это поджог. Причём, бедных женщин лишили возможности спастись.

– Поджог...

– Именно. Поэтому я «опознал» в одной из жертв герцогиню и забрал тело сюда.

Адель ахнула и с испугом посмотрела Арману за спину.

– Не прямо сюда! Просто убрал подальше от дознавателей.

– Зачем?!

– Это вопрос жизни и смерти. Подозреваю, что не только Сонии, но и моей. Хочу потянуть время, чтобы злоумышленник проявил себя. Кому-то же  должна быть выгодна смерть герцогини?

– Арман, – Адель побледнела ещё больше, – это не я, клянусь!

– Я знаю, что не ты, – успокоил её мужчина. – Иначе не пришёл бы. Итак, пусть в замке приспустят флаги, слуги наденут  траурные повязки, будто бы у нас и вправду траур.

– Раз в седмицу, сегодня уже там был.

– Не будем привлекать внимание, пусть ничего не меняется! Дня через три-четыре, в общем, как разберёмся с проблемами поместья и спровадим дознавателей, Умар отвезёт гера Ханца к миледи.

– А-а-а... Э-э-э...

– Проверит здоровье и заодно вылечит наконец её ногу. Даст клятву о неразглашении. Впрочем, он и так на ней. Адель, – Арман прикоснулся к подбородку графини, вынуждая её поднять голову и посмотреть ему в лицо, – я надеюсь на тебя! Никто – слышишь? – никто не должен узнать, что герцогиня жива.

Женщина кивнула, не в силах произнести ни слова.

– Я сдержу своё обещание во что бы то ни стало! Верь мне, как я доверяю тебе.

Графиня прижала руки к груди и быстро-быстро закивала.

– Милорд... Арман... я никогда, ни за что вас... тебя не предам! Ты – всё, что у меня есть.

– Мы справимся, – мужчина улыбнулся ей и ласково провёл пальцем по  щеке женщины. – На всякий случай, в вестниках ничего не пиши про Сонию.