\

Молодая женщина, судьба которой заслуживала отдельного внимания, так как она прошла через многое, оглядела меня недовольным, я бы даже сказал брезгливым взглядом, сложив руки под грудью.

— Ну ты и пьянь! — фыркнула женщина, сморщив свой курносый нос.

— Привет, — прохрипел я, примерно представляя, зачем она здесь и кто именно её сюда прислал.

— Только привет? — Юля вопросительно вскинула идеальную бровь и, так и не дождавшись от меня ответа, потому что я не знал, что сказать, она направилась к панорамным окнам, резким движением распахивая их и впуская в комнату солнечный свет, резанувший по воспалённым глазам.

— Твою же мать, — застонал я, щурясь.

— Иди в душ, Дим, м?

— Не хочу, — мотнул головой, зная, что от меня несёт.

— А давай через не хочу! — тон Снежной стал требовательней.

С этой женщиной далеко не каждый осмеливался спорить, точнее, я вообще таких не встречал. Опытный юрист по разводам, не проигравший ни одного дела. В ней виднелись: стальная хватка, непостижимые человеческому мозгу упрямство и целеустремлённость, а главное — холодная рассудительность. Юля любую ситуацию могла повернуть в свою пользу. Её опасались и ей восхищались. Мужчины, словно мусор, валялись под её ногами, но она предпочитала обходиться без их поддержки.

— Дима, вставай! — вновь потребовала Снежная, нависая надо мной, как грозовая туча. — Живо! Ну?! — она подхватила меня под руку, помогая подняться. — Посмотри только, в кого ты превратился?! Боже! Хорошо ещё, что снежинку с собой не взяла, а ведь она просилась к тебе!

— Не надо, — промямлил я заплетающимся языком. — Ребёнка сюда не надо…

— Естественно не надо! — пыхтела Юля, помогая преодолевать путь до ванной. — Ты для неё идеал! Самый лучший и единственный! Её крёстный, ради которого она готова даже родную мать бросить!

— Не преувл… преувлич… чёрт!

— Не преувеличивай, ты хотел сказать?! — недовольно фыркнула женщина. — Говорю то, что вижу! А вижу я следующее… Держись за стену и не вздумай упасть! — повысила она голос, оставляя меня возле входа в ванную. — Значит так, — донеслось из комнаты, как и шум бегущей воды, которую, судя по всему, Юля набирала для меня, — что за запой, м? И с чем он связан, интересно мне знать? Уж не с той ли Валерией Сысоевой, на которую переписал все свои акции холдинга?

От упоминания о Лере рана в сердце стала глубже, и боль усилилась, отражаясь на лице.

— Из-за неё, значит.

Я не ожидал, что Юля наблюдает за мной.

— Понятно, — кивнула Снежная. — Не знаю, Дим, что там у тебя случилось, ты ведь не посвятил меня в свои дела, и уж точно не собираюсь в них вмешиваться. Меня радует то, что девушку никто облапошить не сможет, ведь мы с тобой позаботились об этом.

Я усмехнулся, а Юля всё сразу поняла, продолжая.