\

Я и так спала в отдельной спальне, потому что меня жутко тошнило по ночам, а ещё, чтобы не провоцировать близость, которую мне запретили на время по медицинским показаниям, а тут вообще не хотелось никуда выходить. На следующий день Макс пришёл извиняться, сказал, что хотел как лучше, и я… простила. Но осадок остался.

В одном он был точно не прав: спокойствия в особняке не было. И постаралась в этом моя свекровь, невзлюбившая меня с первого взгляда. При муже она и слова грубого не говорила, но, когда оставались наедине, начинались бесконечные придирки и упрёки.

Чего я только не наслушалась о себе. А сколько мелких пакостей стерпела. Женщине было невдомёк, что за время работы я отрастила настолько крепкую броню, что её шпильки в мой адрес были ничтожны, хоть и противны до невозможности.

Сразу стало понятно, что Любовь Ивановна мстит за свою любимую Нелличку, которую со свадьбой прокатили. Я знала, что она никогда не полюбит меня также и вполне себе смирилась с этим, хоть было неприятно. Но я всё же надеялась, что её сердце оттает, когда родится малыш. Мы с Максом его уже обожали.

В душе я даже немного ликовала, что Максим не выбрал идеальную Абрамову. Вот только прекрасно помнила, что сделал он это исключительно из-за ребёнка, хоть и пытался убедить меня в обратном. А я что? А я делала вид, что убедилась.

В любом случае, жить в большом красивом доме в достатке с мужчиной, к которому у тебя чувства, лучше, чем на съёмной квартире, откладывая каждую свободную копейку на первоначальный взнос по ипотеке.

Как-то раз, когда Макс вёз меня от врача, походы к которому стали настоящей отдушиной, я пошутила, вспомнив ту несчастную каморку в заднице мира, которую получила от государства, что он, наверное, на мне женился по расчёту. Шутка вышла плохой, потому что муж отвлёкся и едва не вылетел на встречку, но вовремя взял себя в руки и вывернул руль. Только потом, встав на аварийку на обочине, я заметила, как он побледнел. Я тогда извинилась, что это была плохая шутка и спросила, чем я могу загладить свою вину.

Макс долго не думал и попросил минет и, откатившись на кресле назад, начал расстёгивать брюки. Врач рекомендовал воздержаться от близости первый триместр, и мы это правило неукоснительно соблюдали. Так что наш брак всё ещё оставался не консумированным, как это назвали бы в любовных романах, которыми я зачитывалась от скуки.

Увидев вблизи его вздыбленный орган, я замерла, ведь никогда не делала ничего подобного. Но Максим мой муж, мы ждём ребёнка, надо когда-то начинать. Что делать я не знала и честно предупредила, что это мой первый раз. Макс лишь застонал, и надавил на мою голову, притягивая к паху, бормоча что-то несвязное и пошлое. А я…"

"Я не успела даже коснуться члена языком, как он подсказывал мне.