Она разрушила нашу семью

Мальчишки были подвижными и шустрыми, отчего регулярно набивали себе шишки, но только этим дело и ограничивалось. В остальном, и Ярослав, и Вова были не капризными детьми. Так что поведение Ярика меня не только озадачивало, но и знатно злило.

Я была сосредоточена на предстоящей поездке в больницу. Пыталась подготовить себя морально к тому, что увижу, когда переступлю порог клиники, но выходило откровенно плохо. Потому что знала – вид несчастного, измученного болезнью ребёнка в любом случае введёт меня в состояние ступора.

– Я не хочу-у-у! – простонал Ярослав, и я не выдержала.

– Ты будешь делать то, что тебе сказано! – рявкнула, на что оба мальчишки воззрились на меня с таким ужасом, словно я только что достала ремень и с силой их отхлестала. – Сейчас приедут Мария и Виктор, заберут вас и побудете у них пару дней!

Вскочив, я принялась намывать свою чашку, хотя можно было просто выплеснуть кофе, к которому не притронулась, и сунуть её в посудомойку. Мне не нравилось то, что я стала из себя представлять. Не нравилось, что срывалась на тех, кто был ни в чём не повинен.

Отставив чашку, я подошла к насупившемуся Ярику и присела перед ним на корточки.

– Прости, мой хороший… Я сегодня сама не своя, – призналась сыновьям, что смотрели на меня со всё тем же выражением на лице. Как будто я сделала то, что перевернуло их мир с ног на голову. – Прости меня.

– Я тоже сам не свой, – вздохнув, сказал Ярик. – Как будто голову что-то сжимает.

Я потянулась и прикоснулась губами ко лбу сына. И тут же испуганно отпрянула. Почудилось, что Ярослав раскалился и теперь просто источал жар.

– Быстро в комнату. Будем мерить температуру! – велела я, и оба близнеца поплелись в детскую.

Когда на градуснике обнаружилось тридцать восемь и два, я прикрыла глаза и приказала себе дышать спокойно и не позволять сонму идиотских мыслей властвовать надо мною и ситуацией. Это всего лишь какая-нибудь детская болячка. Сыновья болели редко, но, что называется, метко. Сейчас три дня температуры и моего коматоза, когда стану дежурить у постели день и ночь, а потом – выздоровление. И именно о таком развитии событий я и должна была размышлять. А то, что лезло в голову и было связано с отцовством Арсения и наследственностью по части онкологии, нужно гнать куда подальше.

– Вов, переселяешься ко мне. Станем ночевать вдвоём, к брату пока не подходи, – устало сказала сыну и добавила: – Может, повезёт и не заразишься. А ты, Ясь, лежи смирно. Я вызову врача и сварю морс.

Взглянув на часы и убедившись, что в любом случае безбожно опоздаю в клинику, я вздохнула и направилась на кухню. Сначала самое важное, а остальное можно будет перенести на потом.

Мария и Виктор занимались внуками, а я сидела на кухне и ждала приезда врача.