Она разрушила нашу семью

– Я сказала бы, что могу помочь… Но прости, это выше моих сил, – сказала тихо, понимая, насколько кощунственным в принципе могло быть моё участие в организации похорон, учитывая все предшествующие обстоятельства.

– Я справлюсь, спасибо, Милаш, – ответил Курилов и тряханул головой, как будто хотел избавиться от какого-то наваждения.

– Ты давно спал? – спросила, примерно понимая, что Арсений, скорее всего, не сомкнул глаз в эту ночь.

– Не помню, – пожал он плечами. – Да и не хочу засыпать. Ты ведь тогда уедешь?

Я могла пообещать ему остаться до момента, пока Курилову бы не пришлось ехать по его «делам», но осознавала – большего, чем просто пару часов рядом, я дать ему не могу.

– Я уеду, но не сейчас, – сказала и, поднявшись, кивнула на постель: – Ложись и поспи. О себе тоже нужно подумать."

"После некоторого колебания Курилов всё же прилёг, но не спешил засыпать. Смотрел на меня так пристально, словно желал что-то увидеть. Или уже увидел.

– Полжизни бы отдал за то, чтобы та ночь с Лидой не состоялась, – наконец, выдохнул Арсений.

Я нашла в себе силы на то, чтобы не показать – меня всё ещё задевает сказанное. Развивать эту тему именно сейчас – было последним, что я желала. Да и когда бы то ни было – тоже.

– Всё в прошлом, – просто ответила Курилову и, протянув ему плед, добавила: – Спи.

Через мгновение веки Арса сомкнулись и он провалился в забытьё. Я же понимала, что со сном на сегодняшний остаток ночи мне стоит распрощаться.

Вздохнула и, взяв бокал со столика, отправилась к раковине, чтобы хоть чем-то занять мысли и руки.

* * *Пожалуй, Курилов и сам не мог сказать, что из происходящего пугало его больше – необходимость отвечать на жуткие вопросы сотрудников ритуального центра, или предстоящая встреча с Лидой, которая, разумеется, должна была присутствовать на похоронах.

Об этом он говорил с Сергеем, который весьма расплывчато поведал ему о том, что Лидия о смерти Ники знает. Но как отреагировала на это, Нефёдов обозначать не стал. Хотя, Курилов и мог составить об этом примерное впечатление.

– Арсюш, мы всё сделали, – сказала мама, вышедшая к нему из центра ритуальных услуг, из которого десять минут назад он вылетел пулей с трясущимися руками и стал курить, ибо и дальше обсуждать нюансы похорон дочери не было никаких сил.

– Хорошо, мам… Спасибо, – кивнул Марии, которая выглядела собранной и спокойной.

Он знал, что это скорее маска, некий образ. И что его мать тоже очень переживает из-за того, с чем ей довелось столкнуться. Он был очень благодарен за то, что не пришлось проходить через этот ад в одиночку.

И мечтал только об одном – чтобы всё закончилось как можно быстрее.

До дня похорон, который наступил очень скоро, Курилов цеплялся только за две вещи – работу и общение с сыновьями.