Опьяненный любовью

От этих воспоминаний детородный орган Гарри окаменел так, что мешал ходьбе.

– Вот. – Пен закусила губу. – Я, э…

Это уже становилось любопытным. Что же она собралась с ним обсудить?

Тут подбежала Гарриет.

– Можно я побуду с тобой до вечера, папа?

Что бы там ни надумала обсудить с ним Пен, сейчас, с появлением дочери, было уже невозможно.

– Да, конечно. – Стоп! Не он один это решает! – Если мама будет не против. Мне бы не хотелось отвлекать тебя от твоих важных дел и уроков.

Гарриет повернулась к Пен.

– Можно, мама? – Девочка нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

 – Папа ведь приехал совсем ненадолго. Всего на несколько дней.

Гарри будто кулаком в живот ударили. «Всего на несколько дней» – это и правда ненадолго.

– Ну, пожа-а-луйста! – протянула Гарриет. – Обещаю, мы вернемся к ужину.

«Может быть, как раз сейчас самый подходящий момент упомянуть о доме в Дэрроу?»

Гарри был готов заговорить об этом. В свое время при проведении самых разных переговоров он, стремясь перетянуть людей на свою сторону, нередко вводил их в соблазн. Ему самому Пен вполне может отказать, а вот мольбам дочери – их дочери! – явно уступит.

Разумеется, не бог весть какая проблема, но и не пустая болтовня, когда на кону лишь одно – кто кого переспорит. Вопрос касался ребенка. Его ребенка. Гарриет очень расстроится, если Пен наотрез откажется переехать, а отказа тоже исключать нельзя.

«Я должен напрямую обсудить этот вопрос с Пен».

Напрямую!

Его фаллос и тут был на его стороне.

Пен вздохнула.

– Хорошо. Но после ужина ты должна будешь сесть за уроки – выполнить все задания по чтению и арифметике.

Гарриет тут же подскочила с криком:

– Обещаю тебе, мама! – И повернулась к Гарри.

 – Что будем делать, папа?

Гарри рассмеялся:

– То, что ты выберешь. Я же твой гость. Можешь, например, показать мне свои самые любимые места в деревне.

– Да! Верно!

Гарриет взяла его за руку – в другой руке Гарри нес корзину – и радостно запрыгала рядом.

– Я покажу тебе амбар и котов, которые там поселились. Самый лучший из них – маленький серый, его зовут Туман. И еще там есть один – рыжий, его я называю Тыквой. А может, лучше звать его Тигром? В общем, я еще не решила. А черненького котика я хотела назвать Ночкой, но потом увидела белую полоску у него между ушей и теперь хочу назвать его Графом… Или Дэрроу? – Она с хитроватой улыбкой взглянула на отца.

 – В твою честь, папа.

– Ну да.

Было что-то трогательное и одновременно нелепое в том, чтобы заполучить в тезки обитающего в амбаре кота. Но над всеми чувствами Гарри доминировала непонятная – и желанная? – грусть.

Гарри никогда не испытывал подобного чувства раньше.

Годами он вел жизнь, которая его вполне устраивала, поставив разум и способности на службу королю.