Опьяненный любовью

Но вас торопить не хочу. – Она бросила взгляд на пустые тарелки Гарри и Гарриет.

Гарри рассмеялся.

– Мы ждем тебя. Ты сама не особо торопилась.

– О! – Пен посмотрела в корзину. – Господи! Да мы умудрились съесть все, что прислала Доркас. И вам на ужин ничего не осталось, лорд Дэрроу.

– Мисс Доркас приготовит для папы еще еды, мама.

– Гарриет считает, что мне стоит лишь одарить мисс Доркас комплиментами по поводу ее кулинарных способностей – что для меня ровным счетом никакого труда не составит, – и корзина вновь наполнится.

Гарри прав: ему будет достаточно улыбнуться Доркас, и та опустошит ради него все погреба.

– Да, Гарриет, ты права.

– Конечно, я права, мама! – Девочка подскочила от радости. – Пойдем, папа.

Они собрали тарелки и чашки. Гарри потянулся за своим жилетом, и в этот момент Пен попыталась встать.

– О! – Она отсидела ногу? Или, может, не стоило притрагиваться к «Вдовьему пиву»? Пошатнувшись, Пен попыталась устоять…

Гарри вовремя подхватил ее и прижал к себе. Лишь тонкая холщовая сорочка отделяла его налитые силой мышцы от щеки Пен. Он снова держал ее в своих объятиях.

И вновь этот одурманивающий запах мужчины.

Его запах. О боже! Тело Пен странно и приятно размягчилось. Как же она желала, чтобы он вошел в него!

«Какая глупость».

– Ты как, Пен? – прошептал Гарри ей прямо в ухо.

«Подумай о чем-нибудь другом. О тле! О спорынье!»

– Все хорошо. Со мной все хорошо.

«Отойди от этого человека».

Пен положила руки ему на грудь.

«Оттолкни!»

Ей было невероятно трудно отстраниться от Гарри, но она заставила себя.

– Я просто ногу отсидела. – Приподняв подол юбки, она пошевелила ногой. – Видишь? Теперь все нормально.

– Вот и прекрасно.

 – В его голосе звучала…

«Он уставился на мою лодыжку».

Пен тут же одернула юбку.

– Да. Но нам пора идти.

– Действительно, уже пора – подтвердила Гарриет.

Гарри, усмехнувшись, поднял свой жилет.

– Точно пора.

«У Гарриет игра в падалицу выходит куда лучше, чем в свое время у Пен».

Гарри наблюдал за дочерью, прыгавшей впереди на дороге. Да и сам он уже не тот, что тогда, – и объяснит, и покажет. Годы развили в нем терпение и умение объяснить, однако, помимо всего прочего, Гарриет – несомненно, способная девочка.

Непонятная, необъяснимая гордость наполнила его сердце.

Гарри всегда был отличным спортсменом. Возможно, Гарриет получила от него не только серебристую прядь волос.

«Как бы мне хотелось научить ее верховой езде. И научу, если только смогу убедить Пен переехать в пустующий дом в Дэрроу».

Это будет, разумеется, не простым делом. Большинство женщин без долгих раздумий ухватились бы за возможность зажить беззаботной жизнью в хорошем доме, но Пен к ним не относилась. Она была женщиной независимой. Порой до абсурда независимой.