Пари (СИ)

Мне было глубоко насрать, что с ней стало и что будет потом, после того, как я разнесу «Гринтек» по кирпичику, и их с Маратом сладкая сытая жизнь закончится. Но, как говорится, Виктория прямо выпросила парочку уроков жизни.

Я еще минуту смотрю на телефон, ожидая, что она начнет названивать снова.

Но, похоже, она и не собиралась этого делать.

Глава четвертая: Вика

— Вот мудак!

Я в сердцах замахиваюсь телефоном, но в последний момент вспоминаю, что у меня новенькая моделька, купленная по предзаказу в эксплозивном цвете «благородный титан», и просто откладываю телефон на стол. Подумав, на другую сторону стола, где Хасский, как сверчок из «Буратино», перебирает бумаги, которые каким-то чудом в общей суматохе успел стащить из офиса.

— Он не согласился встретиться? — спрашивает, не поднимая головы от финансовых бумажек.

— Хуже. Согласился и назначил встречу на сегодня.

— Ну, моя дорогая, считай, что тебе крупно повезло.

— Повезло? Господи."

"Я закатываю глаза, воображая, завтрашние заголовки всех таблоидов: «Светская львица Виктория Янус была замечена в «пикантном месте!» Боже, да будь это просто стриптиз-клуб, я бы и бровью не повела. Но в столице только глухой и слепой не знает, что такое «Джунгли» на самом деле! Не зря же все девочки из трусов выпрыгивают, стараясь заполучить инвайт на вход. Потому что это, фактически, задокументированная площадка по продаже своей молодости, красоты и гениталий за приличные деньги какому-нибудь щедрому мужику. Засветиться там, значит, официально выставить себя на продажу.

Лекс не может этого не знать!

— Ну, что там? — Я поторапливаю Хасского, в надежде, что все окажется не настолько плачевно. Я не хочу идти в «Джунгли»! Боженька, за что ты так со мной?!

Хасский, перевернув последний документ, вздыхает, снимает очки и потирает две глубоких вмятины на переносице. Я практически готова упасть духом.

— Вика, прости, но… Кажется, уже ничего нельзя сделать.

— Как такое возможно?! — От возмущения теряю контроль над голосом и все посетители кафе осуждающе смотрят в нашу сторону. Да и плевать на них. У меня тут вся жизнь наперекосяк, какое мне дело до того, что мой крик души портит вкус их кокосовых латте?! — Как, черт подери, такое может быть?!

— Легко, когда у руля идиот.

Хасский никогда не скрывал, что Марат ему не нравится. Он даже пытался отговорить меня принимать его предложение руки и сердца, но я тогда была крепко на мели, а других вариантов просто не было! И в конце концов, эти три года все же было нормально! Ну, не считая того, что последние несколько месяцев Марат начал крепко закладывать за воротник, но я-то тут причем?

«Спокойно, дорогая, — мысленно поглаживаю свою хрупкую, абсолютно никак не приспособленную к таким встряскам душевную организацию.