Ромео с большой дороги

Не видать нашему толстяку больше ни докторской колбаски, ни рокфора, на полках окажется лишь мясо из сои да кабачки, приготовленные на пару. Кстати, о слезах. Может, мне заплакать? Вообще говоря, я рыдаю в крайне редких случаях, в основном от злости. Но, очевидно, во мне пропал не только великий детектив, но и гениальная актриса – у меня в голове есть парочка эпизодов, при воспоминании о которых из глаз водопадом льются слезы.

Итак, начали. 1982 год, «ГУМ», очередь с первого этажа на второй, хвост тянется через весь магазин – бабы ломятся за сапогами «Аляска», замшевыми, черными, с подошвой «манная каша», сделанными в почти братской Финляндии. Я отстояла за обувью около шести часов, наконец дошла до продавщицы, оставалось лишь выписать чек. И тут потная тетка в форменном халате завопила:

– Все! Сапоги закончились!

– Но как же так? – воскликнула я. – Вы же продали обувь той, что стояла до меня.

– Ну и чего? – заорала работница прилавка. – Она последнюю пару забрала. Ступай домой.

Никогда в жизни мне не было так обидно, как в тот момент. Уж лучше б «Аляска» иссякла человек за тридцать раньше!

В носу защипало, глаза начали медленно наливаться слезами. Даже совершенно ненужная в данный момент мысль о том, что сейчас в моей гардеробной громоздится штук двадцать коробок с зимней обувью и что в сторону пресловутой «Аляски» я теперь даже откажусь смотреть, не помешала рыданиям.

– Ой, только не реви! – испугался полковник. – Сейчас все расскажу. Ну, успокойся!

– Хорошо, – захлюпала я носом, – слушаю тебя.

– Доллары и правда были фальшивыми, – неожиданно начал Дегтярев. – Отчего инкассаторы перевозили подделку, мне сейчас установить не удалось. Кстати, по всем документам сумма в два миллиона баксов проходила, естественно, как настоящая. Кто, когда и с какой целью подменил мешки, так и осталось тайной. Отправлял их некий Коткин. Кстати, он быстро разбогател и сейчас весьма уважаемый человек.

– Скорей всего, тут случилась ситуация вор у вора дубинку отнял, – перебила я полковника ясным голосом, сразу забыв об «Аляске». – Этот Коткин украл миллионы и сумел отправить в банк фальшивки. Естественно, в деньгохранилище бы мигом поняли: перед ними «куклы»…"

"– Но мерзавцу несказанно повезло, – подхватил Дегтярев, – случился налет, и принтерные поделки не доехали до сейфа. Коткин теперь ворочает бешеными средствами. Судьба двух подлинных миллионов неизвестна, точно могу сказать лишь одно: ни Волковым, ни Кулькиным они не достались. Банде грабителей феерически не подфартило. Федор погиб, Петр стал инвалидом, Анна оказалась на грани нервного срыва, а Алевтина делом своей жизни измыслила месть Волковым. Рита осталась последней из всей семьи, и девушка знала правду о налете.

– Откуда? – нахмурилась я.