1000 Первая дочь (СИ)

Она разжигала во мне такой пожар чувств, что я сгорал от желания наброситься на нее, подобно изголодавшемуся зверю.

Майлин опустила руку и обхватила узкой ладошкой мое достоинство. Коснулась пальчиком истекающей смазкой головки, и я глухо застонал, отвечая на этот немой призыв.

Медлить дольше я уже не мог.

И вновь накрыл ее своим телом, чувствуя, как ее мягкая, гладкая грудь касается моей волосатой.

— Обхвати меня ногами, — попросил я.

Но Майлин прекрасно знала правила этой игры. Она закинула руки мне на плечи, одновременно обнимая ногами и подаваясь вперед.

Я скользнул в ее влажную горячую глубину, заполняя собой до предела.

— Я так люблю тебя, Майлин, — признание слетело с моих губ в который раз за этот день.

Я хотел любить ее вечно. До боли, до полного изнеможения. Слиться намертво в единое целое, чтобы никакие силы не смогли разлучить нас.

— И я люблю, — страстно прошептала она в ответ.

Ее ногти впились в мои плечи. Она приподнялась и качнула бедрами, снедаемая страстью.

Я начал двигаться, постепенно наращивая темп, который тут же подхватывала Майлин. Она вся дрожала, готовая к новой разрядке.

И вот забилась в экстазе, выкрикнув мое имя.

Пришлось затаить дыхание, приказывая себе остановится. Этот ее оргазм я должен был перетерпеть до конца, прочувствовать и запомнить. И лишь когда тело Майлин расслабилось, я позволил и себе последовать за ней на тот островок удовольствия, где мы не рабыня и хозяин, не королева и ее верный слуга, а всего лишь мужчина и женщина, словно созданные для того, чтобы быть вместе.

Мир за пределами спальни будто перестал существовать. Эта ночь принадлежала только нам. Мы не спали до самого рассвета, наслаждаясь друг другом, словно впервые.

И лишь засыпая, Майлин спросила:

— А чем мы займемся завтра?

Я горько улыбнулся, не в силах признаться ей в том, что предрек мне брат король. Все, о чем я мог думать, так это о безопасности Майлин. Должен был ее спрятать, даже если сам больше никогда не смогу ее увидеть. И знал только одно подходящее до этого место. То, что предназначено Майлин самой судьбой.

— Завтра ты отправишься домой, любимая. И займешь место, принадлежащее тебе по праву.

— Я уже дома, — возразила она, уютнее устраиваясь у меня на груди.

 — Именно там, где хочу и должна быть. Рядом с тобой, любимый.

Глава 29

Майлин

— Куда мы собираемся? — спросила я утром. — Это новое задание? Что собрать в дорогу? Там тепло или холодно? Может быть, нам придется вновь переодеваться кем-то?

Я была бодра и энергична, как никогда. После ночи любви мне хотелось действовать, жить полной жизнью, помчаться вслед за любимым куда угодно. Хоть на самый край земли.

Но Алексис сегодня был необычайно угрюм и молчалив.

Это беспокоило меня.