Музейный артефакт

А он в них свободно работал… И все же озабоченность осталась, недаром он даже Мерина про попа расспросил, но тот успокоил – не бывает такого… А уж «законник» рыба мудрая, он все знает! Если даже поп чекист, то он не иконы охраняет, а по идеологии работает.

И вот, через несколько дней, он бесшумно крадется по ночным улочкам. Разведка помогла – церковь он нашел быстро. Дверь запиралась с помощью хлипкой скобы, накинутой на столь же хлипкую петлю, в которой висел замок, похожий на те, которыми запирают почтовые ящики. Длинной тонкой стамеской он поддел скобу и легко вырвал короткие для такого ответственного дела шурупы.

Приоткрыв скрипнувшую дверь, скользнул из одной темноты в другую – более плотную и со слабым церковным запахом.

Включив круглый китайский фонарь, Студент двинулся к иконостасу. У него была хорошая зрительная память и отменная интуиция, нужные иконы он мог найти даже на ощупь. Но надо на сто процентов застраховаться от ошибок… Он передвинул на живот свою сумку, в которую как раз поместятся четыре доски. Световое пятно пробежалось по иконостасу, выхватывая из мрака суровые лики и осуждающие взгляды святых.

К его храброму, хотя и лихорадочно бьющемуся сердцу протянулась холодная рука страха… Он умел преодолевать страх, но сейчас оттолкнуть костлявую руку не смог. Вдруг ледяные пальцы сжали горячий комок плоти так, что он остановился и перестал качать кровь: на месте нужных икон чернели пустые прямоугольники! Что это?!

– Не можешь найти, сын мой? – низкий голос гулко раскатился по пустому помещению, отдался эхом под высоким сводом, отразился от галереи… Студент чуть не обмочился.

Ноги подкосились, ужас сковал тело. Сделав над собой усилие, он резко обернулся и, замирая от ужаса, выставил вперед фонарь, не представляя – кого он сейчас увидит…

Луч света рассеял устрашающую черноту и выхватил фигуру человека в рясе, с блестящим на груди крестом. Он медленно подошел вплотную.

– Отец Иоанн?! Вы?.. Зачем тут ночью?

– Тебя жду, – объяснил священник, не обращая внимания на острое жало стамески, пляшущее в дрожащей руке напротив его живота.

– А откуда узнали? – Студент облизнул пересохшие губы.

Он потерял свою обычную уверенность, превратившись в жалкого нашкодившего первоклассника, которого неожиданно застукал учитель.

– Как распознают – где волк, а где овца? – продолжил священник. – Так и среди людей видно – кто есть кто… Ты и был волком среди овец! И знаки твои я прочитал… Порчужки[45] поганые…

Студент усмехнулся. Страх прошел. Он сунул стамеску в карман.

– А что, отец, ты тоже чалился[46]?

– Я за веру страдал, – отозвался батюшка. – Но таких, как ты, много повидал.