Мужские игры

Каменская выглядела бледной и невыспавшейся, глаза покраснели то ли от усталости, то ли от застилавшего кабинет сигаретного дыма.

Юра с размаху плюхнулся на стул, даже не сняв куртку.

– Все, Аська, отстрелялся я с журналистом.

Настя подняла на него измученный взгляд, в котором не было даже обычного дружеского сопереживания.

– Каким образом?

– Эксперты установили, что запись липовая. Первую часть текста наговаривал сам Мамонтов, а вторую – совсем другой человек, имитировавший его голос. Здорово, да? Я притащил этого недоумка Баглюка к Барину, пусть отдувается.

– Чему ж ты радуешься? – непонимающе спросила Настя.

– Как чему? Тому, что все закончилось. Меня никто теперь не обвинит в утечке секретных сведений и в разглашении имени источника. И уж тем более в том, что я был заинтересован в смерти Мамонтова.

– А кто был заинтересован? Ничего не закончилось, Юрик, все только начинается. Кто-то же это сделал. Кто-то записал признание, исправил его, отнес журналисту и убил парня. Кто? И зачем? Под тебя копают? Или замысел какой-то другой?

– Да ну тебя, – расстроился Коротков.

 – Только собрался полчаса порадоваться, а ты на лету крылья подрезаешь. Через тридцать минут я и сам начну мучиться этими вопросами, но полчаса радости ты могла мне уступить или нет? Вредная ты все-таки, Анастасия.

– Извини.

– Ты чего как в воду опущенная? Случилось что-нибудь?

– Да так, глупость всякая в голову лезет.

– Например?

– Например, я знаю, где мелькало название банка «Русская тройка».

– Ну слава богу! А то я уж боялся, что ты опять приставать начнешь.

И где же?

– В твоих записях, солнце мое незаходящее. В тех записях, которые ты мне принес по моим задушенным.

– Да ну? Стало быть, я заслужил чашку кофе. Давай-ка, мать, включай кипятильник и рассказывай. Медленно и по порядку, чтобы я мог получить удовольствие.

Коротков все-таки добился своего: Настя начала улыбаться, да и взгляд у нее посветлел.

– Халявщик, – ласково сказала она.

– Не передергивай, всего лишь партнер, – отшутился Юра, цитируя навязший в зубах рекламный ролик.

 – Рассказывай про банк.

– Да тут дело скорее не в банке, а в маньяке-душителе. Сотрудник банка, некий Аликади Нурбагандов, был вторым потерпевшим из наших семи. При этом в момент убийства он нигде не работал, за десять дней до смерти уволился из «Русской тройки». А через некоторое время после его гибели был застрелен Вавилов, начальник службы безопасности банка.

– Ну и что? Где связь?

– Не знаю. Но она должна быть.