Мужские игры
В Москве появился маньяк, задушивший в течение короткого времени семь человек. Крупный мафиози Эдуард Денисов дает сотруднику уголовного розыска Насте Каменской понять, что в деле маньяка-душителя есть загадка и по крайней мере одна из жертв не имеет отношения к серии, состоящей из семи убийств. Занимаясь поисками маньяка, Анастасия с ужасом обнаруживает, что к преступлениям, по всей вероятности, причастен близкий ей человек.
Утром она встала совершенно разбитая, не отдохнувшая, а настроение у нее было еще хуже, чем накануне. Раз примерно в десять.
* * *Встреча капитана Доценко с Василием Клыковым прошла без неожиданностей, если не считать того, что длилась она часа три, хотя все можно было выяснить минут за двадцать. Клыков оказался вязким парнем, подолгу застревал на не имеющих значения вопросах, пускался по каждому поводу в длинные и путаные рассуждения. Он, очевидно, относился к той породе людей, которые больше всего на свете любят самих себя, и звук собственного голоса для них слаще самой прекрасной музыки.
"При таком режиме беседы глупо было бы надеяться, что Клыков сможет сосредоточиться и самостоятельно вспомнить то, что интересовало Доценко. Поэтому капитан решил пойти по более легкому пути и разложил перед Клыковым заранее приготовленные карточки, на которых были выписаны фамилии бывших сослуживцев Дмитрия Вавилова, попросив Клыкова для начала рассортировать их на две группы: имена совершенно незнакомые и имена, которые, как ему кажется, он слышал.
– А теперь я попрошу вас по очереди брать каждую карточку и сказать мне, когда и в связи с чем Вавилов упоминал эту фамилию.
Он умышленно не сказал Клыкову, кому принадлежат выписанные на карточки имена, и был готов к тому, что, например, человек по фамилии Тихонов может оказаться для Василия известным киноактером. Опасения его частично подтвердились, некоторые фамилии из числа распространенных относились вовсе не к сотрудникам милиции, однако двух человек из составленного Михаилом списка Клыков вспомнил.
Теперь следовало заняться этим Филипповым.
* * *Однако вытрясти из Филипыча хоть слово оказалось делом далеко не простым.

















