Наследница старой башни

-- У меня маслица с собой фляжка есть небольшая и лампа со стеклом. Вечера на три хватить должно."

"-- Все одно докупать придется, ить окон и нет, почитай.

-- Ничего, бог милостив… Уж как-нибудь…

Недалеко от входа составлены были сундуки, крестьяне и солдаты остались частью на улице, частью в конюшне. Внутри башни, во вбитом в стену кольце тускло чадил факел. В метре от единственного источника света прямо на полу большой горшок с трещиной, откуда торчит еще с десяток деревяшек. Под ногами пыльные каменные плиты: квадратные, шероховатые. От наших шагов гулкое эхо заметалось у дальней стены.

-- От сегодня пущай здеся и ночуют, – решила Леста. – Сейчас скличу, чтобы сена с телег натаскали. Еды мы в трактире им закупили вдосталь, не помрут. А нам бы ить надобно наверх сходить, госпожа. Хоть глянуть, что там, да как оно.

Элли крепко держала меня за руку, и я спросила:

-- Ты останешься здесь, с Норой, или хочешь пойти со мной?

Она с подозрением покосилась на каменные ступени, ведущие вверх и теряющиеся в темноте, и тихонько ответила:

-- С Норой.

-- Хорошо. Ты не волнуйся, мы скоро вернемся.

Я подпалила еще два факела. Один вручила няньке, а второй взяла в руку, и мы с Лестой отправились смотреть верх. Лестница шириной была около метра, но без перил. Верхняя площадка метрах в трех над полом. Это мне не понравилось: ребенок может упасть.

Второй этаж – две больших комнаты с грубой деревянной мебелью. В стене между ними большой камин, один на обе. В одной два узеньких окошка, во второй – одно окно и тот самый балкон. Внутри на окнах ржавые решетки. Дверь на балкон была полностью деревянная, без привычного мне стекла в верхней части, да еще и заколоченная крест на крест досками.

Пыль, плотные полотнища паутины по углам, сквозняки, шевелящие эти белесый клочья. Из мебели – две огромные кровати, несколько тяжеленных табуреток, сделанных на века, по столу в каждой комнате. Два стула с высокими спинками, таких массивных, что даже я их сдвигала с трудом.

Леста, хмуро осматривая наше новое жилище, недовольно пробурчала:

-- Ить экую грязь развели! Надо бы, светлая госпожа, кухню глянуть. Крестьяне-то ить хлебом с сыром обойдутся, а вам негоже этак-то.

-- Гоже, Леста. Не сахарная, не помру, если раз не поужинаю. Но для ночлега нужно намыть здесь все, иначе от пыли задохнемся.

Третий этаж даже смотреть не стали – за окном становилось совсем темно, успеем сделать это завтра. Спустились вниз. На улице раздался шум, и я вышла посмотреть, в чем дело. Обогнула башню, стараясь не наступать в покрытые тонким ледком лужи. Ночью, похоже, будут заморозки.

Выяснила, что обнаружилась полезная в хозяйстве штука. Родник нашли за башней, не на заднем дворе, а чуть сбоку от входа, когда понадобилось напоить коней.