Проданная невеста

Только расскажи поподробней, где и как ты его нагулял», так?!

— Всё, Риндаль, хватит! — закричала Кинти, обхватив голову руками. — Я хочу спать! Иди к себе.

— Хорошо, я пойду. А ты всё-таки подумай: стоит ли твоё упрямство того, чтобы разрушить свою жизнь во второй раз?! Тебе ведь, кроме отца, всё равно никто не нужен! Двадцать четыре года ты ждала и надеялась, что он захочет узнать правду, что приедет к тебе. Так зачем же теперь так отчаянно упираться в то, что он сначала узнал, а потом приехал, а не наоборот?! Признайся наконец себе, что ты виновата не меньше, чем он!

Кинти сидела, застыв, и смотрела в одну точку.

— Доброй ночи, мама, — добавил Риндаль, после чего вышел из покоев, не дожидаясь ответа.

Женщина упала на подушку и разрыдалась, уткнувшись в неё. В чём-то сын был, безусловно, прав.

Но…

Если бы Дарнвиллу было важно услышать её объяснения. Однако двадцать четыре года он просто не вспоминал о ней!

Кинтания проснулась довольно поздно. Неожиданный для зимы аромат взбудоражил обоняние. Она открыла глаза — вся комната была заставлена цветами. Ясно, полет на драконе снился не просто так

-сын не позволил ей проснуться, пока Дарнвилл расставлял здесь цветы.

А он не забыл, как она любит лилии… Кинти невольно улыбнулась. Но сердце сжалось в тоске. Эх, Дарн, ну почему ты не объявился раньше? Двадцать четыре года это так безумно много!

* * *Услышав звуки гитары, Блайвор завернул в покои к дяде. Тот сидел с инструментом на коленях возле стола и что-то записывал на листе бумаги.

— Что сочиняешь? — подойдя, племянник заглянул ему через плечо.

— Да так… — еле слышно просипел Дарнвилл.

Блайвор взял лист в руки и пробежал глазами:

— Это для Кинти?

Дарнвилл кивнул.

— Здорово, — улыбнулся Блайвор, по достоинству оценив композицию. — Только как же ты собрался ей петь?

— Когда голос вернется, тогда и спою."

"— Что ж, будем надеяться, что она задержится здесь настолько.

* * *На завтрак в королевской столовой собрались семейным кругом. Блайвор, Вика, Риндаль, Арканта (хоть она пока и не принадлежала к королевской семье), Дарнвилл, Наташа, Кворн, Станислав с Марьяной и Кинтания, которую сын насилу уговорил присоединиться к их обществу. Посадил он мать напротив отца.

Рядом она могла взбрыкнуть, а так капризничать повода не было. Правда, теперь она не поднимала глаз от тарелки. Но воспитание заставило всё же поблагодарить бывшего мужа.

— Спасибо за цветы, — тихо произнесла Кинти.

— Рад, если понравились, — прошептал, напрягая горло, Дарнвилл.

— Однако увезти с собой все я вряд ли смогу. Да и замерзнут они по дороге.

— Не замерзнут, — пообещал Риндаль. — Но, надеюсь, ты не сегодня домой собралась?

— Нет. Завтра. На бал я останусь.