Шекспир мне друг, но истина дороже

Вот зефир люблю, а конфеты не люблю, только «Мишку», когда свежие…

Он разглагольствовал, и не было в нем никакой неловкости, нисколько он не чувствовал себя неуместным – посреди тесной кухоньки на расшатанном табурете!.. Василиса уже жалела, что пригласила его к себе. Выдумала зачем-то с бабушкой его знакомить!.. Что ему до ее бабушки?.. Впрочем, дело тут не в нем, конечно, а как раз в бабушке. Василисе очень хотелось, чтоб Федор Величковский ей понравился – не так, как Роман Земсков, а по-настоящему понравился! И если так и будет, Василиса моментально это увидит, поймет, и это казалось ей очень важным.

Вдруг затрезвонил звонок и приглушенно закричали:

– Василиса, ты дома? Открывай, открывай скорей!..

У нее сделалось перепуганное лицо, она бросила пачку с чаем – чай рассыпался, – и выскочила в коридор, задев Федю. Он рванул следом.

– Кто там? Что случилось?! – Она распахнула дверь.

За дверью стояли какие-то люди, они громко и встревоженно говорили.

– Бабушка! – вскрикнула Василиса. – Ты что это?!

– Ничего, ничего, сейчас отпустит.

– Ей лечь надо и в «Скорую» звонить! Вась, ты зачем ее одну отпускаешь?! Любовь Сергеевна, потихонечку, потихонечку давайте!

– Бабушка, ты что?!

– Звони в «Скорую», кому говорят!..

Мужчина и женщина в мокрых куртках под руку ввели в квартиру какую-то женщину. Она шла тяжело и медленно, механически переставляя ноги. Федор увидел, какие у нее синие губы – по-настоящему синие! Он знал, что это означает, и ему вдруг стало страшно.

– Сердечный приступ, – говорила в телефонную трубку Василиса. – Карпова Любовь Сергеевна, шестьдесят восемь лет, да вы нас хорошо знаете…

Голос у нее был тоже какой-то механический. Женщина между тем укладывала на диван ту, вторую, с синими губами.

– Вася, давай воды и лекарства! У нее лекарства есть на экстренный случай?

– Мы соседи, – растерянно объяснял, обращаясь к Феде, толстый румяный мужик и мял в руках шапку, – едем себе, и вот где с бульвара к нам поворачивать, тетя Люба в снегу сидит! Хорошо, Лида заметила, я бы мимо проехал!

– Вася, «Скорую» вызвала?

– Да, да. Бабушка, выпей.

– Васенька, не пугайся, обойдется, обойдется, говорю тебе.

– Зачем ты ее одну отпускаешь-то?! Разве можно?! Вот молодые, никакого понимания нету! Пальто надо снять, и боты!

– Бабушка, не двигайся, потом снимем!

По квартире гулял сквозняк, с площадки сильно тянуло сигаретным дымом, а из кухни запахом нашатыря и валокордина. Федя бестолково метался за Василисой между кухней и диваном, не зная, чем помочь.

«Скорая» приехала очень быстро, усатый фельдшер с железным чемоданчиком привычно поздоровался с Василисой, привычно разложил чемоданчик на краю полированного стола и покидал ампулы в привычно подставленное блюдце.