Случайная первая. Прокурор и училка (СИ)

— Вы что творите?

Я не могла видеть себя, но готова была поклясться, что мои глаза округлились до невероятных размеров.

— И тебе привет, МарьИванна.

Моя реакция нисколько не смутила мерзавца. Наоборот, он стоял, вполне довольный собой.

Никакое не «привет»! Я протестую!

— Это тебе.

Мужчина протянул букет, а меня захлестнуло паникой.

Он пришёл ко мне в дом! Обозначил себя! Для чего?

— Молодой человек, снова вы! — бабушка очень, ну вот просто очень быстро оказалась рядом. Я даже моргнуть не успела. — Вы вчера так быстро ушли, что мы не успели познакомиться.

Марфа, приглашай гостя в дом. И чайник иди ставь. Живенько.

Чтобы я не успела опровергнуть её слова, бабушка взяла меня за плечи и начала разворачивать в указанном направлении.

А на мне халат… Банный. Я ополоснулась час назад. Как же… К мужчине, мать его ети, собиралась ехать. Который что там собирался со мной делать? Целовать? Ну да, целовать. И куда… Пра-авильно, туда!

Сегодня снова был не мой день. Потому что халат очень выразительно распахнулся на груди, и взгляд чёртового прокурора, естественно, метнулся к оголившемуся вырезу.

Кровь прильнула к лицу. Я вспыхнула и тотчас свела полы халата вместе.

И как получилось, что меня таки сдвинули с места, а Илья Николаевич зашёл и аккуратно прикрыл за собой дверь?

— Настасья Павловна, — произнесла бабуля-предательница, расплываясь в довольной улыбке.

Ещё бы! Она подкараулила моего якобы кавалера. Да ещё и с цветами.

— Илья.

— Очень рада с вами познакомиться, Илья. Разувайтесь, проходите.

Я позорно дезертировала. Этим двоим явно есть, о чём поговорить. Без меня. Вон какими слащавыми улыбочками обмениваются!

На кухню я и не думала идти.

Ринулась в спальню, где быстро переоделась. Схватила первое, что попало под руку. Брюки, свитер. Очень долго почему-то не могла подобрать носки. Одни схватила, вторые. Потом взялась за расчёску. Волосы успели просохнуть, укладывать их я не планировала. Пусть остаются как есть. Главное — очки. Краситься тоже не стала.

Даже припудриваться не буду.

Нет, всё-таки буду. Не доставлю удовольствия некоторым лицезреть себя с пунцовыми щеками.

У Ильи Николаевича хватило ума отказаться от чая.

Зато бабушку я застала за оханьем и аханьем.

Оказывается, цветы некуда было поставить. Вазы соответствующих размеров в квартире не нашлось.

— Мы так не договаривались! — прошипела я, становясь за спиной мужчины.

— Будешь вредничать — останусь на ужин, — последовал незамедлительный ответ.

Гад. Как есть гад…

С довольной рожей.

Отпускать нас бабушка не хотела.

— Как же так, Илюша? Второй раз к нам приходите — и без чая.

— В следующий раз, Настасья Павловна, обязательно останусь.

— Обещаете?

Бабушка включила режим кокетки.