Спят усталые игрушки

Помните, я на суде говорил – будет вам награда, а злодеям кнут? Так и выйдет, может, не сразу, да больно.

Анна Перфильевна хотела попросить, чтобы Шабанов объяснил, что имеет в виду, о каких злодеях речь, но не смогла. На грудь навалилась тяжесть, и неожиданно сморил сон.

Глава 20

Многое в рассказанной истории показалось странным. Но больше всего удивило то, что последние слова Анна Перфильевна произносила с явным трудом, без конца зевая. От ее бодрости и энергии не осталось и следа. Передо мной сидела вялая, еле ворочающая языком старушка.

Дрожащими руками Соколова порылась в растрепанной книжке и, растягивая слова, пробормотала:

– Телефона тогда не было, Стекольный проезд, дом два.

Я поблагодарила и решилась спросить:

– Колю потом встречали?"

"– Никогда, – прошамкала Анна Перфильевна, пошатываясь на стуле, – даже и не вспоминала его отчего-то до вашего прихода.

Шея ее дернулась, плечи обмякли, голова упала на бумаги. Испугавшись, я кликнула секретаршу. Девочка удивленно поглядела на грозную преподавательницу и вызвала врача. Я пристроилась в уголке, во все глаза наблюдая за происходящим.

Бывшую судью положили на диван и укрыли зеленой суконной скатертью, такую стелят на стол в президиуме. Доктор внимательно осмотрел больную и растерянно сказал:

– Удивительное дело, она просто спит, причем больше всего ее состояние похоже на гипнотический транс. Такой прием используют психиатры и психотерапевты.

– Долго это продлится? – не утерпела я.

Врач пожал плечами:

– Не знаю, но опасности для жизни нет, оставьте ее просто лежать.

– Разбудить можете?

– Во-первых, не умею, а во-вторых, не хочу, – пояснил терапевт, захлопывая чемоданчик, – гипноз – дело тонкое, малоизученное. Мы не знаем, вдруг она лечится и ей дали установку на сон.

– Как это? – изумилась я. – Сейчас около нее никакого гипнотизера не было!

Врач вздохнул:

– Честно говоря, я не большой дока в данном вопросе, но, насколько наслышан, хороший специалист может дать вам любую установку на длительное время.

– То есть, допустим, в пятницу утром прикажет прыгнуть ровно через месяц из окна, и я послушаюсь?

– Такое навряд ли возможно, – рассмеялся доктор, – никто не станет советовать пациенту подобное, потом, гипнотизер тоже не всемогущ. Человека нельзя заставить сделать то, к чему он не расположен, – украсть, убить, покончить жизнь самоубийством. Все эти дурацкие кинофильмы, в которых герой в трансовом состоянии душит всех направо и налево, – полный бред. Если вы не расположены убивать, то в гипнозе скорей всего выроните нож или револьвер.

– А если расположена, только желание подавляется страхом перед наказанием?

Терапевт задумался.

– Повторяю, я не знаток подобных тонкостей.