Спят усталые игрушки

До меня в помощницах другая ходила, Таня Аверкиева. Год примерно у него жила, а потом в Палестину уехала.

– Куда? – удивилась я. – В Палестину?

– Ага, – подтвердила Света, – так он объявил. Таня «просветлела», и он ее переправил в другую деревню «путников», за границу. Скоро все туда переедут, а пока лишь избранные. Но мне думается, Аверкиеву Николай убил.

– Почему?

– Видишь ли, – проговорила Света, с видимым удовольствием вытягивая ноги, – он тут разболтался разок, расслабился. Очень ему сына надо, на девочек наплевать, а мальчик просто необходим. Якобы и у деда был такой же дар, как у него. Он бешеных собак взглядом тормозил и из всех окружающих веревки вил. Отцу таланта не досталось, а Николаю отсыпалось полной мерой… Но, говорил, программа в нем заложена – родить наследника, чтобы ветвь не засохла. В семье у них всегда много девочек получалось, мальчик же только один. Жениться Николай не имеет никакой возможности. Нормальную бабу завести трудно, начнет допытываться, что да как, откуда деньги, где работаешь. Деревню-то он надолго оставить не может, максимум на неделю. Сектантов следует постоянно «подпитывать» на сеансах, на одних наркотиках далеко не уедешь, потом человек мучиться начинает, голова болит. Меня знаешь как крутило, когда сеансы прекратились да «напиток веры» перестала принимать! Только у Николая противоядие есть, через десять дней на ноги меня поставил. Вот он и выискивает среди «путников» молодых баб. Хотя, по большому счету, женщины ему без надобности, трахается, как работу делает… Небось Аверкиева девчонкой разродилась… Где-нибудь в лесу и зарыл обеих… И меня такая же судьба ждала! Знаешь, как перепугалась, когда поняла, что беременна! Жизни, значит, девять месяцев осталось, ну, предположим, если мальчишка появится – года два. Выкормлю, и не нужна, слишком много знаю.

– Да зачем ему обязательно ребенок?

– Не знаю, – вздохнула Света. – Говорит, нужен. А тебе это к чему?"

"…К девяти утра мы добрались до Нагорья. Марья Сергеевна, увидав Свету и Верочку, попыталась упасть в обморок, но я строго ее остановила:

– Быстро собирайте необходимые вещи, документы, деньги, и уезжаем.

– Куда? – в один голос спросили девушка и пожилая женщина.

– Ко мне, в Ложкино, там Николай вас не достанет: во-первых, адреса не знает, во-вторых, территория отлично охраняется.

– Но как же? – забормотала Марья Сергеевна. – А ваши домашние что скажут?

– Ничего, – ответила я, подталкивая Балабановых к дверям, – никто ничего не скажет, они привыкли.

По дороге в Ложкино разработали хитрый план. Марья Сергеевна – дальняя родственница моей первой, ныне покойной свекрови Элеоноры Яковлевны. Света, естественно, ее внучка, Верочка – правнучка.