За все спрошу жестоко

Смотрят хищно, исподлобья, сутулятся, руки держат в карманах, как будто ножи у них там или даже пистолеты. Не похожи они на спортсменов, гораздо больше – на бывших зэков. Наверняка блатота пожаловала.

А стволы у них могли быть. Это же воровская братия, для них ствол что ложка к обеду. А у Семена огнестрельного оружия нет. Может, надо подумать о более серьезной защите цеха, чем кулаки и кастеты? Тем более местность перед ним открытая. До громады механического цеха метров сто, до залежей ржавого металла, что справа, почти столько же, а слева высокая стена, обнесенная поверху колючей проволокой. Вот бы пулемет на крышу цеха поставить, такую дискотеку можно было бы организовать на открытой местности... А ведь была возможность купить пулемет из старых военных арсеналов. Реальная возможность, но Семен, увы, отказался от этого варианта. А зря... Ну да ладно, сейчас у него есть чем отбить этот наезд. А там он решит вопрос...

Машина в отдалении стоит, старая «двадцать первая» «Волга», заново выкрашенная в черный цвет.

– Ты здесь, что ли, бугор? – глядя на Семена, хриплым простуженным голосом спросил темнолицый.

– Допустим.

– Ханку левую гоните?

– Не твое дело.

– Слышь, фраерок, ты базар подравнивай!

– А то че?

Вслед за Семеном и Кузовом из цеха выходили бойцы. Антоша, Пупс, Ревень, Ян. Мощные парни, накачанные.

– Думаешь, это бычье тебя спасет? – спросил темнолицый.

Но Семен не стал отвечать на этот вопрос.

– Ты кто такой?

– Осмол я.

– В законе или просто?

– Да нет, не просто, – угрожающе сощурился Осмол. – Просто у тебя болеть будет...

– Значит, не в законе, – отчеканил Семен."

"– Старичок у нас в законе.

– Старичок? Не знаю такого.

– Не того ты полета птица, чтобы его знать, – презрительно скривился Осмол.

– Да? Ну, тогда передай своему Старичку, что я вам платить не буду.

– А кто сказал, что надо платить? – ощерился блатной.

– А что, не надо?

– Надо! Надо башлять. И ты сам поднял эту тему. Потому что лох по жизни...

Договорить Осмол не успел. Потому что неожиданно для себя оказался на земле. Семен ударил его кулаком точно в подбородок. Блатной и понять ничего не успел, как его ноги оказались выше головы.

Его спутники тут же пришли в движение. Все как по команде достали ножи. У одного финка, у другого кнопочная выкидушка, у третьего – «лисичка». Но Кузов быстро раздал бойцам обрезки стальных труб.

– Ты хоть понял, что сделал, урод? – спросил Осмол, поднимаясь с земли.

За урода Семен спросил, ударив ногой. Отработал на блатяке «маваши-гери». Неплохо получилось – и красиво, и мощно. Правда, тут же последовал ответный удар: один из дружков Осмола кинулся на Семена с ножом, размашистым ударом пытаясь полоснуть его по глазам. Но Семен увернулся, а Кузов ударил блатного бойца по руке, выбив заточку.