Запретные воспоминания

Но одно я знаю точно: за те двадцать лет, что я веду свой бизнес, мое уважение к врачам, воспитанное в детстве, выросло до астрономических высот. Правда. На данном этапе, после всего, через что мы прошли за последние два года, это практически преклонение.

– Не сотвори себе кумира, – улыбнулся Радецкий. – Вы знаете, что у этой фразы есть продолжение? Оно звучит как «ему не потянуть твоих иллюзий».

– У меня нет иллюзий, – она сделала еще один глоток своего коктейля, и он снова как завороженный смотрел на движение ее горла, которое очень хотелось потрогать. – А скажите, Владимир Николаевич, если говорить об иллюзиях, которыми принято окружать профессию врача, вот вы девиз «Светя другим, сгораю сам» доктора Ван Тульпа поддерживаете?

– Вообще-то это очень древнее латинское выражение, Ван Тульп просто первым предложил использовать его для врачей. – И почему ему нравилось блистать перед ней своей образованностью? – Если по существу вопроса, то я призываю своих врачей гореть, но не сгорать. Это очень важно, потому что любой человек нужен и важен своим близким. Так что важно выдерживать баланс: не полыхать, но и холодным не оставаться, потому что главнейшее качество любого настоящего врача – эмпатия. Вы знаете, улыбку видно даже через респираторы, потому что она живет в глазах.

– Говорят, у каждого врача есть свое кладбище. Вы какие эмоциональные моменты, связанные с работой, особенно хорошо помните?

Радецкий на мгновение прикрыл глаза, вспомнив вывороченные кишки солдата, попавшего к нему на стол во время войны в Чечне, и его глаза, из которых никак не уходила надежда. Она оставалась даже тогда, когда кончилась сама жизнь. И еще первое в своей жизни кесарево сечение, которое ему предстояло сделать в военном госпитале в Косово, куда тысячами стекались местные жители."

"Ему тогда пришлось оперировать, несмотря на то что он был хирург, а не гинеколог, потому что никого больше из врачей рядом не было, а женщина и ребенок могли умереть, и он это отчетливо понимал. А еще он помнил свою первую операцию на аорте. Ту самую, сделанную по запатентованному им методу, после которой пропали резиновые тапки. Невозможно было рассказать про это в уютном зале ресторана под «Маргариту», потому что самые эмоциональные моменты – это всегда боль, кровь и слезы, неуместные в любой зоне комфорта.

– Это фраза французского врача Рене Лериша, и у нее тоже есть продолжение, звучащее «и не надо забывать ходить туда молиться», – медленно ответил он, отогнав неуместные воспоминания. – Любой человек ошибается, но сейчас признавать свои ошибки довольно опасно. А что касается эмоциональных моментов… Когда я учился в аспирантуре, к нам в больницу привезли парня, которому гильотинными ножницами отрезало кисть правой руки.