Ассистент убийцы
В послевоенном Пскове одно за другим происходят два похожих ограбления. В обоих случаях преступники похищают картины известного художника Шапиро, эмигрировавшего в 20-е годы из СССР. Следствие поручено начальнику оперативного отдела Павлу Звереву. Сыщикам удается установить, что жертвы обоих ограблений когда-то вместе работали в неврологическом отделении одной и той же больницы, а будущий художник Шапиро был их пациентом. Возможно, кто-то знавший об этом, решил собрать свою коллекцию ценных полотен… Эта версия оставалась рабочей, пока Зверев и его оперативники не вышли на след легендарной банды, орудовавшей в Пскове еще до войны…
Вот наконец-то мы имеем заключение судебно-биологической экспертизы касаемо того, что же именно было обнаружено в квартире Сычева. Вывод однозначен. Шерсть принадлежит медведю.
Шура Горохов присвистнул.
Евсеев скептически фыркнул и произнес:
– Значит, ты, Леонид Валерьевич, хочешь сказать, что воровка общается с медведями?
– Совершенно верно. Именно с ними, с самыми обычными бурыми медведями, которые водятся в наших лесах.
– Хорошо, что хоть не панды. Они ведь живут исключительно в Китае. Если бы наш уважаемый эксперт сказал, что это той самой животины, то у нас был бы целый миллиард подозреваемых. Или сколько там, в Китае, народу проживает?
Зверев пропустил мимо ушей шутку Евсеева и спросил Мокришина:
– Ты на сто процентов уверен в том, что это медвежья шерсть?
– Да.
– Получается, что мы должны искать невысокую женщину, обладающую навыками скалолазания и имеющую доступ к медведям, – наконец-то включился в дело Костин. – Я готов отправиться в зоопарк.
– У меня есть приятель, он в охотничьем обществе состоит и почти всех местных звероловов знает. Так что могу пообщаться с ними, если так дело встало, – заявил Шура Горохов.
Зверев поднялся, стянул со спинки стула пиджак и обратился к Евсееву:
– Дима, ты как самый скептически настроенный элемент остаешься на хозяйстве. Читай свой «Огонек». Если позвонит Корнев – а он наверняка это сделает, – то доложишь ему о наших планах! Остальные по коням!
Евсеев поморщился и произнес:
– Что-то не особо охота мне с Корневым общаться. Он ведь опять орать начнет. Может, я лучше с Веней в зоопарк смотаюсь?
– Шиш тебе! Сиди тут и дрожи в ожидании звонка начальника. Итак, Веня – в зоопарк, Шура – в общество охотников и рыболовов, а я… – Зверев щелкнул пальцами. – Подумать только, как же давно я не был в цирке.
Глава 2
В очереди возле касс он простоял не меньше получаса и за это время умудрился осадить парочку нагловатых подростков, норовивших просочиться к окошечку без очереди.
Павел Васильевич вышел из здания цирка, имея при себе билет на вечернее представление, и вдруг услышал за спиной знакомый голос:
– Мама дорогая, гляньте, люди добрые, никак наш хищный Зверь в цирк собрался!
Зверев обернулся и увидел перед собой улыбающуюся Виолетту Смирнитскую, хорошенькую пышную вдовушку, работающую модельером в ателье по пошиву верхней одежды, находящемся на улице Кагановича. Эта круглолицая женщина с чувственным пухлыми губами и зелеными глазищами размером с блюдце когда-то заставила Зверева отступить от своих принципов – ведь он вроде бы предпочитал стройняшек – и согласиться на предложение Виолетты наведаться в ее уютную квартирку.