Чего желает джентльмен
Маркус Рис, герцог Эксетер, неоднократно вытаскивал своего брата-близнеца Дэвида из неприятностей, но вместо благодарности милый братец сыграл с ним злую шутку: назвавшись его именем, женился на молоденькой вдове провинциального викария! И теперь ничего не подозревающая Ханна Престон появилась в доме Маркуса, которого считает своим мужем…Признаться Ханне в произошедшем и безнадежно погубить ее репутацию? Маркус, как настоящий джентльмен, не может допустить подобного. Напротив, он намерен стать для супруги хорошим мужем… Только вот незадача: Ханна, быстро разгадавшая обман, упорно не торопится в супружескую спальню, и покорить ее будет нелегко!
Я приехал сюда лишь потому, что знал – в твой дом они сунуться не посмеют.
Маркус встал и потрепал брата по плечу.
– Тогда отдыхай. Полагаю, дамы вскоре придут справиться о твоем самочувствии. – Дэвид кивнул, разглядывая собственные руки. – А позже мы займемся и Рурком, и его шайкой. Не сомневаюсь, вместе мы найдем решение – в помощь нам будет твое безрассудство и мой холодный ум.
Брат с изумлением уставился на Маркуса, а тот усмехнулся.
– Это шутка, братец.
Но Дэвид рассмеялся лишь тогда, когда за Маркусом закрылась дверь.
Глава 19
Если бы Ханна не умирала с голоду и не решилась бы позвонить Лили, она вообще не вставала бы с постели.
Но как только Маркус ушел, перспектива провести день в кровати утратила привлекательность. Что сказать Розалинде и Селии? Сможет ли она спокойно смотреть в лицо Лили? Готова ли, наконец, стать настоящей герцогиней? Отчасти успехом своего супружеского представления в течении последних недель она была обязана тому, что отлично осознавала: все это ненадолго.
Первое, что она увидела, когда встала, был туалетный столик. Флакончики с духами, баночки с пудрой и помадой были разбросаны по полу, а столик странно накренился и стоял под углом к стене. В нескольких футах от него валялся опрокинутый набок стул. Ханна вспомнила, что случилось с ней на этом столике – и залилась краской. Потом улыбнулась, преисполнившись безрассудной уверенности, что может стать герцогиней на всю оставшуюся жизнь.
Эта уверенность придала ей сил. Она встала и оделась. Нужно еще расчесать волосы. При этой мысли Ханна снова покраснела, припомнив, отчего они в столь ужасном беспорядке. Она чувствовала невероятную легкость и радость и даже засмеялась, глядя на свое счастливое лицо в зеркале. Любой, кому еще не довелось услышать, о чем шепчутся слуги, сразу бы догадался: она провела ночь любви.
А то, что новость распространилась очень быстро, Ханна поняла, едва переступив порог столовой.
– Доброе утро.
– Доброе утро, Ханна. – Розалинда тут же подняла голову и просияла улыбкой.














