Я тебя не помню

Показала кольцо на пальце и захлопнула дверь перед моим носом, сказав, чтобы я больше никогда здесь не появлялась.

— Надя, я не мог там быть. Я находился в тюрьме, — я вдруг почувствовала себя совсем измученной, а руки и ноги стали как ватные.

— Тогда как это все возможно? — на моих глазах выступили слезы.

— Нас скомпрометировали друг перед другом. Первый год в тюрьме мне каждый месяц присылали твои фотографии, где ты счастливая и здоровая. Я не знал об аварии. Но знал, что ты вышла замуж за Хабарова, а у вас была красивая и шикарная свадьба. Ты безумно красивая стоишь рядом с ним, а я с поломанными пальцами даже не мог разорвать эти снимки.

Словно кто-то промывал мне мозги, чтобы я ненавидел тебя еще больше, хотя на тот момент больше было просто уже невозможно…

Я задыхалась и не могла сделать вздоха, представляя эту картину и Максима в тюрьме… Будто что-то тяжелое положили на грудь.

— Потом Динар подключил свои связи, со мной начали работать и предлагать сотрудничество. Я согласился на все их условия. Меня вынудили это сделать. Твой отец постарался, чтобы я не вышел из тюрьмы как можно дольше.

Я прикрыла ладонью рот и всхлипнула.

— За что он меня так ненавидел, я не знаю, — Максим покачал головой.

А может быть папа не просто так покинул свой пост в компании и отказался от всего в пользу Глеба? Сделал это не из-за доверия к нему, а потому что Глеб его шантажировал? Примерно, как меня Диной какое-то время назад?

— Надя, — позвал меня Максим, а я вздрогнула. — Все в порядке? Кстати, ты пьешь лекарства?

Я покачала головой. Ничего я не пила и не планирована этого делать. Больше никаких таблеток.

— Ты не собирался жениться на Алисе?

— Я не мог быть с ней.

На тот момент мы уже давно расстались. Когда ты попала в аварию я находился в тюрьме. Тебе привезти, показать личное дело? Там все сохранилось. Уверена, что готова все это прочитать и посмотреть на снимки?

Я схватилась пальцами за виски. Она ведь могла из мести все это наговорить мне? Но мужской голос… Я отчетливо слышала голос Максима из глубины квартиры и как он ее звал…

— Господи… — я закрыла руками лицо, а Максим шумно вздохнул и завел двигатель.

— Ладно. Давай закончим на сегодня.

То, с каким потрясением ты на все реагируешь, смею предположить, что половину из того, что я знаю, ты слышишь впервые?

— Так и есть…"

"Шведов вдруг протянул ко мне руку и взял меня за лицо, заставляя на него посмотреть:

— На протяжении пяти лет, изо дня в день, я кормил своего внутреннего зверя ненавистью к тебе, а ты оказалась такой же пешкой в чужой игре, как и я… По мановению волшебной палочки все эти воспоминания и сильные эмоции не исчезнут, а сам я давно уже не тот Максим, которого ты знала.