Я тебя не помню

Неужели в жизни действительно так бывает? Почему мне так не повезло встретить на своем пути этого человека? Лучше бы я была нищей оборванкой без гроша в кармане!"

"Мы подъехали к участку спустя полчаса. У меня, как и в ту ночь, когда Глеб выставил меня из дома, ничего с собой не было кроме небольшой сумки, которая лежала сейчас на коленях. Телефон Шведова я оставила дома в тайнике. Побоялась брать его с собой. Если Глеб его обнаружит, то мало мне не покажется. Номера Динара и Наташи я на всякий случай выучила наизусть. Не представляю, как у меня получится сбежать, но думать о том, что ничего не выйдет было смерти подобно.

Глеб словно помешался на своем желании посадить Максима. И почему я раньше не замечала в нем этой злобы? Или его истинная сущность проснулась под воздействием внешних факторов и угроз извне? А может быть, он втайне от меня принимал наркотики, и это его необходимо было поместить в лечебницу, а не меня?

— Что-то не так? — спросил Глеб, когда я слегка пошатнулась, выйдя из машины.

— Голова кружится. И мутит… Ты уверен, что твои препараты мне помогают, а не наоборот?

— Уверен. Идем.

Он обнял меня за талию, и мы направились в участок.

Меня штормило от нервов. И мой внешний вид оставлял желать лучшего. Синяк на щеке хоть и стал менее заметным, но еще полностью не сошел. А Глеб, как я и предполагала, использовал его наличие против Максима. Заключение от врача уже находилось в участке и было подшито к делу. Я слышала кусок разговора Глеба со следователем и едва сдержалась в тот момент, чтобы не назвать мужа подлецом.

Я не представляла, как проходили допросы, но очень надеялась, что у Динара получится отвлечь Глеба, чтобы мое заявление о том, что я не имею никаких претензий к Шведову, оказалось у следователя на столе.

Я нашла вчера вечером образец в интернете, написала текст от руки, а потом чистила историю открытых страниц в поиске на случай, если Глеб решит проверить в ноутбуке мои запросы.

— Ты нервничаешь, — заметил он. — Жалко его?

— Не знаю… — я равнодушно пожала плечами и повернула голову в сторону мужа, разглядывая знакомый профиль.

У него какие-то счеты с Максимом, а расплачивалась за это я. Моими руками задумал устроить свое возмездие? Или не мог простить мне, что пошла против него?

— Не нужно его жалеть, Надя.

Он плохой человек. И он не отец Дины. Твоя память играет с тобой злые шутки.

— Хватит, — слабым голосом попросила я.

Ни во что моя память со мной не играла, потому что я точно знала, что секса с Глебом и другими мужчинами до аварии у меня не было, а следовательно, Дина — дочь Максима. Я была так влюблена в него, хотела уйти из дома, потому что отец настаивал на нашем браке с Глебом и даже слышать ничего не хотел о моих чувствах.