Я – Стрела. Трилогия (СИ)

И кто дал вам право распространять информацию, порочащую погибшего героя.

От попытки претора схватить меня за локоть я увернулась на чистых инстинктах и сделала шаг вперед, не сводя взгляда с женщины.

— Кто герой? Она герой? Да это мой муж герой, а она вызвала и сказала… Да как ты смеешь? — руки в белых перчатках задергались, потирая ладонь о ладонь. — Я вообще не обязана с тобой говорить.

— Сын! — она увидела ворвавшегося в кабинет Райдена. — Немедленно проводи меня к воротам.

— Мама! — Камачо подхватил ее под локоть и повел к выходу, нечитаемо скользнув по мне взглядом.

 — Тебе нельзя нервничать. Просил же не приезжать.

Я посторонилась, когда они выходили, и поймала себя на том, что не испытываю злости по отношению к этой женщине. Она потеряла дорогого человека, как и я, но, увы, так и не справилась с ситуацией.

— То есть ваша родительница была знакома с Эктором? — недоуменно спросил претор.

— Впервые слышу, — честно призналась я. — Моя мама никогда не говорила о своем знакомстве со Стражами, не рассказывала о посещениях столицы, с отцом они были примером любящей пары… Извините, сэр Кантана, я сейчас немного не в себе.

Я покачнулась, и претор помог мне сесть на стул. Мысли метались в поисках малейшей зацепки, но ничего в прошлом не объясняло странных обвинений приехавшей леди. Но откуда-то она знает имя моей мамы, и совпадают даты.

— Командор Камачо, — медленно произнес претор, — действительно погиб в Юджинвилле, как и еще три Стража. Это был необычный Прорыв. В это время я уже возглавлял академию, и не знаю всех деталей. Но, возможно, убитая горем супруга запуталась из-за названия города.

Я постараюсь узнать, что там произошло, насколько помню, кто-то из наших риторов участвовал в Прорыве.

— Почему Прорыв? — недоуменно спросила я. — Насколько помню, по городу было оповещение о небольшом пробое, даже эвакуацию не проводили.

— Маккой, — претор присел боком на столешницу письменного стола и сложил пальцы в замок, — у вас же были базовые лекции. На пробоях никто не погибает, мелкая плесень и прочие крошечные твари в первый год появления совершенно беззащитны. Когда гражданские ошибаются в терминах, мы не поправляем, но студентам нужно знать — боевые атаки тварей означают именно Прорыв.

Он говорил мягко, дипломатично. Но смысл происходящего все равно разил как клинок. Я совершенно не знала, что именно произошло три года назад. Возможно, и не было никакого героического поступка женщины-доктора. Кто-то придумал местную легенду для провинциального городка, и ее все приняли за правду. Но при чем тут командор Камачо?

Почти в прострации я ответила на вопросы про периметр.