Право первой ночи. Жар трёх сердец

Каждый наследует силу огня. Потому жрицы служат в Алианоре. Оттого нашему маленькому государству удавалось сохранять независимость.

Но всё меняется. Тетал погибла, мать не перенесла горя, а недавно ушёл и отец. Я последняя из Имори. Маленький уголёк, слабая искра былого пламени. И поэтому не вправе позволить ему потухнуть.

Поэтому я отметаю ужас, нахлынувший при виде ваннора. Выбрасываю мысли о том, как много он слышал, что именно узнал из нашего с Сиель разговора. Говорю то, что собиралась.

— Благодарю вас за спасение Алианора.

Слова звучат ровно, голос мой спокоен, но сердце колотится быстро и сбивчиво. Меня настораживает присутствие мужчины в моей спальне, в памяти всплывают яркие и стыдные картинки того, что происходило прошлой ночью.

Будто ощутив моё состояние, Эдхар делает шаг, и я невольно отшатываюсь. Заметив это, ваннор останавливается, губы его поджимаются, полыхающие ледяной магией глаза темнеют, усиливая пронизывающий холод. Я ёжусь, словно внезапно наступила зима. Обхватываю себя руками.

— С чего ты взяла, что я спасал твой замок? — хрипловато уточняет мужчина.

Теряюсь, не зная, что ответить. Пожимаю плечами и отвожу взгляд.

— Вы сражались с целой армией у наших стен.

— И ты решила, что это из-за тебя? — кривится он и внимательно всматривается в меня. — Мечтаешь воспользоваться магической связью, чтобы стать королевой Зивера?

— Нет! — восклицаю, ужаснувшись его предположению. Добавляю твёрдо: — Мне не надо этого.

Он приближается так мягко и бесшумно, будто хищник. Сердце пропускает удар, когда он нависает надо мной, не разрывая взгляда, заполняет собой всё свободное пространство.

— Чего же ты желаешь?

От мужчины пахнет кровью и терпким дымом, и меня начинает подташнивать. Отворачиваюсь и, борясь с собой, стараюсь говорить спокойно.

— Свободы и мира для себя и своих подданных.

— Этого не будет, — почти вжимая меня в кровать, шепчет он мне на ухо.

Я ощущаю низом живота сильное возбуждение мужчины, и паника сдавливает моё горло. Не будет же ваннор требовать продолжения ночи прямо сейчас, сразу после битвы?

— А что будет? — одними губами спрашиваю я, не в силах произвести и звука.

Вместо ответа он задирает мою юбку и касается бёдер. Вздрагиваю от ужаса, и страх отступает. В ярости цежу слова:

— Вы сделаете это сейчас? Сразу после битвы? Уподобитесь бесчинствующим захватчикам? Силой овладеете женщиной, искупавшись в крови её соотечественников? Вы настоящее чудовище!

Он дёргается, как от пощёчины, глаза Эдхара суживаются до едва заметной щёлочки, и от этого острого взгляда сердце пропускает сразу несколько ударов. Я играю с огнём! Да, я жена брата ваннора, и Леорас приказал воинам не трогать алианорийцев, но не стоит забывать, кто в замке главный.