Свой с чужим лицом

Партизаны вблизи Бурмихи не шалили, знали, что там находится крупная группировка солдат и полицейских. Им было известно, что по этой дороге в темное время суток противник осуществляет подвоз боеприпасов в арсенал, расположенный в двух верстах. Партизаны Разжигаева в подобных местах на рожон не лезли, но данные собирали.

Ждать пришлось долго. Плотные облака закрыли луну, разведчики подползли ближе к посту жандармерии, контролировавшему движение автотранспорта. Солдаты в шинелях блуждали вдоль обочин, иногда освещали местность фонарями. Несколько раз появлялся офицер.

Глеб сумел разглядеть знаки различия обер-лейтенанта. Потом он удалился в полосатую будку и больше не показывался, очевидно, имел право на несколько часов сна.

В четыре часа произошла смена караула.

Шубин шепнул Косаренко, чтобы тот придержал людей, рвущихся в бой.

Дорога особой популярностью не пользовалась. В течение получаса по ней проехала лишь небольшая колонна мотоциклистов. Остановка была недолгой, военнослужащие обменялись парой фраз, поднялся шлагбаум.

Потом в Бурмиху въехали две легковые машины. Их сопровождал бронетранспортер с пулеметом на приплюснутой башне.

В легковушках, скорее всего, перемещались штабные работники. Часовой наклонился к переднему стеклу, увидел знакомое лицо и побежал поднимать шлагбаум. Колонна покатила в Бурмиху.

К посту подошли два «Опеля»-двухтонника. Машины шли легко, груз не заслуживал внимания. Караульные проверили у водителей документы, забрались в один кузов, затем в другой, посмотрели груз. Шлагбаум пополз вверх, очередная колонна вошла в Бурмиху.

Затем в течение четверти часа на дороге никого не было.

Вихрилась поземка, заметала проезжую часть. Время от времени караульные брали лопаты, чистили снег.

– С этой страной надо что-то делать, – заявил унтер-офицер. – Зимой адские морозы, весной и осенью – знаменитая русская распутица, летом – дикая жара, комары, мухи.

Сквозь метель прорезались огни. К посту снова подходили машины. Впереди шел легкий грузовик с закрытым кузовом. Водитель подъехал к шлагбауму и выжал тормоз. В грузовике, судя по голосам, сидели несколько солдат. Следом шла мощная трехтонная машина с прицепом, укрытым брезентом, засыпанным снегом.

Сердце лейтенанта екнуло. Это могло быть именно то, что нужно.

Шубин переполз в канаву водостока, застыл на откосе. Он сильно рисковал, но должен был получить сведения, нужные ему.

Хлопнула дверца. На дорогу спрыгнул офицер, сопровождающий колонну.

К нему приблизился унтер, вскинул руку, что-то пролопотал.

– Гауптман Шпигель, – представился офицер. – Просьба не задерживать. Колонна следует по графику, перевозит боеприпасы для орудий и минометов. – Он протянул унтеру бумаги.