Тьма в его сердце (СИ)

Я рассмеялся во весь голос.

— Вот видишь, здесь почти безопасно.

Она надулась и сложила руки на груди, лыжные палки, зажатые в ее руках, разъехались в стороны.

— Разведи руки, держать так лыжные палки небезопасно, как для тебя, так и для других людей, — сказал я, чуть надавливая на ее талию.

Джоанна громко цокнула, и я был уверен, закатила глаза в очередной раз, но послушала меня, возвращая руки к исходному положению.

— Я думаю, ты просто издеваешься надо мной, хочешь посмеяться. Ты специально привел меня к этому склону, — сказал она.

В груди что-то кольнуло, напоминание о разговоре с друзьями месячной давности, когда Джоанна отказал мне, и я решил, что доведу дело до конца, накрыло меня, лишая концентрации.

Сейчас для меня не ясно, пришел я тогда в отель, где она работала, потому что настолько азартен или на то была какая-то другая причина? Но какая могла быть причина? Влечение? Не может быть, я никогда не чувствовал настоящего сильного влечения не продиктованного определенной потребностью моего организма.

Эрик упорно склонял меня ко второму варианту, он твердил, что мои чувства к Джоанне это не банальная жажда мести плюс желание, а нечто большее, то, что заставляло меня отказываться от времяпровождения с другими девушками в течение всего того времени, как я встретил ее.

Джоанна вся состояла из секретов. Она многого не договаривала. Возможно, это было связанно с ее семьей, но я не хотел вытягивать из нее информацию клещами, обо мне она тоже многого не знала, каждый из нас хранил свои секреты.

От мысли о том, что ее секреты могут быть связанны с Хэтфилдом-младшим, что-то тяжелое появлялось прямо в центре моей груди. Как камень, который никак не скинуть оттуда.

Еще Эрик подкидывал своих версий, и от этих версий мне хотелось двинуть ему, чтобы тот заткнулся.

Перед полетом у нас состоялся один разговор.

Мы сидели в моем кабинете, мне нужно было устранить кое-какие проблемы, а Эрику не терпелось узнать все подробности о моем визите в отель. Какого-то хрена его больше всех интересовали мои отношения с Джоанной. Мы были друзьями, но я видел, что она ему нравится, и стоит мне оступиться, Эрик войдет в игру.

У нас никогда не было правил по типу «не спать с подругой друга», потому что ни у меня, ни у него не было постоянной подруги.

К тому же, все мы знаем, что с друзьями принято делиться. Но делиться Джоанной мне совсем не хотелось, ни с Эриком, ни с кем бы то ни было. Мне хотелось сохранить эксклюзивное право.

— Так значит, ты решил позвать ее? — спросил Эрик накануне поездки в Аспен.

— Да, — коротко ответил я.

Друг вальяжно раскинулся в кресле около моего стола, попивая кофе, которое сделала для него моя секретарша Мэдди.

— Я думал подставить тебе плечико для сна, — издевательски сверкнул глазами он.