Ванька-ротный

Я шел с небольшой группой солдат впереди, мы тыкали в снег заострёнными кольями, щупали под собой твердую землю и обнаружив её край, уводили солдат и обоз в сторону от полыньи. За нами, дрожа от ветра и холода, стуча обледенелыми валенками, тащилось всё остальное усталое войско. По открытым безлесным участкам мы шли с большой осторожностью. На явно подозрительных местах вслед за солдатами пускали одну гружёную повозку и откровенно боялись, что проложенный обходной по снегу путь может в любой момент уйти из под ног в чёрную жижу. Где-то стороной прошли наши полки и их обозы.

Где-то по гатям в объезд тащили пушки и боеприпасы. Впереди нас прошел стрелковый батальон, который мы при выходе на передовую должны будем поддерживать. Батальон шел без обозов налегке. А у нас пулемёты, боеприпасы и всякое другое. При проходе топких мест и провалов стрелковые роты ограждений после себя не вставили. У нас было в обычае идти и не думать о других. Идете сзади! Смотрите, куда лезете и выбирайте сами себе путь. Не большой конечно труд воткнуть перед проломом простую палку. Но для этого нужно с собой везти целый воз жердей. Лишних повозок для такой роскоши не было. Воткнёшь палку на дороге, а что она даст? Задремавший повозочный может заехать по горло в болото и только тогда проснётся когда станет тонуть. Так что постановка всяких там вех не солдатское дело. Это работа сапёров. Это немцы могут за полгода сделать замеры, настелить гати и навести где нужно мосты. А нам и так хорошо! Идём и идём! Прошли -и порядок! Главное – у нас не было времени. Мы должны были вовремя поспеть на передовую. Мы прошли по мокрому снегу, заходили в трясину, по пути солдаты промокли, валенки и шинели покрылись коркой льда. Ноги отяжелели, стали не в подъем. Солдаты могли обморозиться, но помочь им на ходу было нечем. Нельзя было после каждой переправы останавливаться, заходить в лес и сушиться у костров. Я тоже стучал оледенелыми валенками, ватные брюки на коленках хрустели. Солдаты это видели, у них тоже позамерзала одежда. В пути отбирали наиболее слабых, их отправляли в обоз. Там их переодевали, укрывали брезентом. К вечеру дорога стала петлять по сосновому лесу, почва под ногами была твёрдая, в лесу было безветренно. Все почувствовали, что скоро привал. Солдаты ускорили шаг и через некоторое время мы подошли к отдельной роще и встали на ночлег. Открытых костров нам разводить не разрешали. Но сейчас был исключительный случай. В лесу было тихо, в воздухе кружились снежинки. Погода была не лётная. Солдат нужно было срочно отогреть и обсушить, иначе батальон через час замёрзнет и окоченеет. Утром на снегу будут лежать обледенелые трупы. Солдаты услышав, что можно развести костры, достали из саней топоры и пилы.