Возвращение не гарантируется

— Ведешь себя неправильно. Мне лапшу на уши кидаешь, Карнауха подставляешь… Он бы не стал сам стрелять, это и ежику понятно! С таким поведением у тебя наверняка есть много врагов.

— Наоборот, меня все боятся. — Круглый доел сосиску, допил пиво и удовлетворенно откинулся на спинку жесткого стула.

— Если человека многие боятся, то и он боится многих, — резонно возразил Громобой, встал и направился к выходу. Круглый, он же Смелый, пристально смотрел ему вслед.

* * *Карнаухов не поверил во внезапное открытие судмедэксперта. Во-первых, само по себе оно было невероятным, как если бы вдруг прозрел слепой: он сам повидал немало трупов и знал, как выглядит человек, забитый насмерть.

Причина очевидна даже для неискушенного обывателя, что тогда говорить о специалисте, который всю свою жизнь посвятил изучению различных видов смерти? Значит, за этим что-то или кто-то стоит. Точнее, стоят чьи-то интересы, и чьи именно — надо выяснить как можно скорее! Потому что, когда случаются такие непонятки, можно ждать чего угодно, даже пулю в затылок…

Эксперт Тонков очень устал и перенервничал.

Иметь дело с Громобоем — это нервная и опасная работа, но лучше выполнить его требования, чем отказать, иначе неприятностей не оберешься… И все-таки он чувствовал какое-то беспокойство, которое не прошло, даже когда он выпил стаканчик коньяка из своих запасов. Он оформил почти все заключения, вычитал и подписал, когда дверь распахнулась — мало того, что без стука, да еще с такой силой, что ударила о стену. Посыпалась штукатурка. Морг — это место мертвых и просителей, ни те, ни другие так себя не ведут. Даже Громобой так себя не вел, по крайней мере до сих пор…

Но это был не Громобой.

В кабинет решительно вошел огромный мужчина с лицом каменной статуи. Разгневанной каменной статуи. Тонкову показалось, что незнакомец и его гнев заполнили всю комнату, от него ощутимо веяло опасностью. Причем, если опасность Громобоя сопрягалась со служебными отношениями и правовыми ловушками, то опасность, исходящая от этого человека, носила совершенно другой характер и была связана с каменными секционными столами анатомического зала, очутиться на одном из которых он хотел неизмеримо меньше, чем получить строгий выговор или даже увольнение. И эксперт сразу понял, по какому вопросу явился страшный визитер. Подозрение тут же подтвердилось.

— Кто заставил тебя изменить причину смерти троих с Щелковского шоссе? — без предисловий спросил каменный гость. Он не пугал и не угрожал, даже голос был спокоен, но на Тонкова накатила такая волна искренности, что он тут же дал четкий и правдивый ответ:

— Майор Николаев из отдела убийств!

— Громобой?! — изумился пришелец.