Закон подлости

Харламов снова на Машу посмотрел, с намёком, который она сочла насмешкой и издевательством, гордо вскинула голову и направилась мимо этих двоих по коридору. Собиралась выйти из отделения и перед самым носом Харламова хлопнуть дверью, но он сказал ей вслед:

- Ты куда? Нам ещё подписку о невыезде не дали.

Пришлось остановиться, выругаться про себя, и как-то выходить из положения. Кстати, обнаружился ещё один стул. На него Маша села, сумку на колени положила и сообщила:

- Я подожду вас здесь.

То, что Дмитрий Александрович с лёгкостью находил повод над ней посмеяться, выводило из себя.

За годы самостоятельной жизни в большом городе, Маша привыкла считать себя взрослой, разумной и самостоятельной. Гордилась тем, что ни у кого не просила помощи, и была убеждена, что справится с любой ситуацией. Ну, или почти с любой. В конце концов, поможет юридическое образование, и получаемые на работе навыки. Ведь это к ней люди приходят за помощью, каждый день, и она им её оказывает. И ничего смешного и глупого она не совершает, никогда, ей не положено мучиться сомнениями и неопределённостью. Она научилась парировать любое мнение, и решительно открывать дверь в любой кабинет. Стас считал это серьёзной заявкой на успех в будущем, говорил, что это достойно уважения. А вот Харламова впечатлить было куда труднее. Он смотрел на неё, начинал улыбаться, и Маша выходила из себя. Ей сразу хотелось сделать что-то безумное, не поддающееся разумному объяснению, а всё лишь для того, чтобы доказать свою состоятельность. Как адвоката. Но, кажется, до этого ещё далеко.

Вечером того же дня Маша провожала его до машины. Глупо, днём раньше она шла той же дорогой, к той же клумбе, чтобы проводить Стаса.

Прошёл всего день, а казалось, что, по крайней мере, неделя. И вчерашний разговор, то, что она говорила бывшему жениху, было трудно и лишало покоя, а что сказать Харламову, она попросту не знала.

Спасибо?

- Спасибо, что приехал.

Он обернулся на неё, взглянул насмешливо.

- Не за что. Ты бы и сама справилась. Но это заняло бы больше времени.

Маша головой покачала.

- Я не знаю, справилась бы я или нет. Когда это касается тебя лично, мыслить логически трудно.

- Мань, это лучший выход. Ты знаешь.

- Я знаю! Но как можно с этим смириться?

Дима улыбаться перестал, щёлкнул брелком сигнализации.

А ей сказал, достаточно сухо:

- Это не твоя жизнь. Ты не думала, что это может сделать её счастливой? Что этой девочке не нужны мечты, что у неё нет твоих амбиций. И что для неё это не конец жизни.

- Для неё это начало, - подтвердила Маша.

- Вот именно. Вы просто разные. А ты переставай хандрить и возвращайся. – Он негромко хмыкнул, разглядывая её. – Поехали со мной.

- Сейчас? – Она всерьёз удивилась. – Я не могу просто взять и уехать, Дима.