Демон внутри меня

И да…не стоит отказываться от моих подарков. Не будешь есть – будет хуже.

Кай не оставил мне выхода. Он перекрыл камнями все лазейки, все последние шансы избавиться от его власти и контроля.

Как только он разворачивается ко мне спиной, мои нервы не выдерживают. Отчаянно закричав, я кидаюсь к шкафу. Давясь собственным криком, я отодвигаю зеркальную дверь, слегка ужасаясь, заметив в отражении истеричную дикарку.

Это не настоящая я. Кай превращает меня в животное. Лицо искажено злобой и ненавистью, вместо улыбки – ядовитый оскал. Вместо фарфоровой и холодной кожи – пунцовые щеки, алеющие от прилива крови.

Я ненавижу дьяволицу в своем отражении. Но еще больше я ненавижу демона за моей спиной.

– Подарки?! – кричу, на разрыв аорты, хватая первое попавшееся под руку платье от Chanel. Одна ткань этой тряпки стоит как весь мой гардероб из прошлой жизни. – Ты называешь это подарками? Это рабство! Забрал меня из рабства в более худшее рабство! Мне, на хрен, не нужны твои подачки! Эта гребанная комната! Твоя отравленная гнилью еда!

Поток гнева и желчи бьет из меня неудержимым фонтаном. Я хватаю все, абсолютно все, что попадается мне в руки – шикарные платья, расшитые дорогими стразами, вечерние, утонченные, коктейльные.

Платья для принцессы.

Платья для идеальной куклы.

Я пытаюсь рвать ненавистные мне шелковые халаты, сжимая зубы до хруста, до дикого почти мужского хрипа из горла.

– Ничего мне не нужно! Ты просто псих! – меня трясет изнутри. Скорее сейчас я сама похожа на девушку, только что сбежавшую из психушки. Кровь сжигает мою кожу изнутри, но мне и этого мало.

Я собираюсь уничтожить все эти вещи. Все до последнего гребанного лифчика от VS.

– Я тебя ненавижу! Ненавижу, Стоунэм! Забирай все это! Лучше убей, но я не собираюсь быть твоей…твоей куклой… – я слегка сдаю позиции, разрывая очередное белье руками, бросая остатки ткани за свою спину.

Мои руки горят и болят – ткань натерла кожу до ссадин, будто я пыталась удержаться за выскальзывающий из ладоней жесткий канат.

Демонстративно захлопываю дверь шкафа и поворачиваюсь к Каю, тяжело дыша. Волосы опадают на мое лицо, почти полностью закрывая его.

Боже. Я только что подписала себе смертный приговор.

Потому что, когда мой взгляд скользит по ногам Кая вверх, я замечаю в его сжатых кулаках наручники.

Он снова здесь. В этой комнате. Он за мной вернулся.

Глава 7

Лейла

Кай смотрит на меня исподлобья, не моргая. Кажется, он даже не дышит – настолько злое и окаменевшее выражение его лица. В бездне зелено-карих глаз зарождается чистое безумие.

Пугающее, неприкрытое. Оно передается и мне, пока я гсмотрю в глаза, полные тьмы, жестокости и порочных желаний.