Дороже всего на свете

Одна молоденькая мамочка жаловалась пару дней назад, что находится в сильнейшей депрессии после родов и постоянно плачет. А еще всерьез задумывается о том, чтобы вырезать себе женский орган. Она больше никогда не хочет иметь детей. Хотя сегодня вернулась с куда более позитивными комментариями о материнстве и поделилась фотографиями своего милого сына. Надеюсь, ребенку и матке этой женщины ничего серьезного, кроме слез от усталости, не угрожает.

Другая мама писала, как явственно ощутила, что ее жизнь разделилась на до и после, когда она впервые взяла своего ребенка на руки. Эти чувства показались знакомыми и понятными. Мию без присмотра нельзя оставить. Даже в душ полноценно не могу сходить. Кстати про него. Малышка начинает кряхтеть в переноске, и я спохватываюсь, что потратила время на бестолковое занятие, а могла хотя бы причесаться. Черт!

Осторожно поднимаю Мию из колыбельки и прижимаю к себе. Она сразу же успокаивается, почувствовав мою близость.

Ну что ж, душ подождет. Нежно целую малышку в лобик.

Сменив Мие памперс, я иду с ней на кухню. Увидев у плиты Леона, замираю от неожиданности, но ровно на пару секунд. Отмечаю про себя, что Дамианис еду готовит, а не опохмеляется. Уже хорошо.

– Доброе утро. – Я прохожу мимо него, покачивая Мию.

Она такая легкая и маленькая. Намного мельче, чем дети, фото которых попадались вчера в мамской болталке.

Каждый раз, когда беру Мию на руки, становится страшно – эта крошка зависит сейчас от меня. В то время как в моей собственной жизни хаос и непонимание. Из-за ее обезумевшего отца.

Леон оборачивается, смотрит на нас, и я чувствую, как внутренняя защита разлетается в щепки.

– Кофе? – спрашивает он.

Голос нейтральный, но различимы холод и отчужденность, будто мы не рядом стоим, а находимся на разных континентах.

– Нет, – отвечаю коротко и свободной рукой достаю все необходимое для кормления. – Лучше помоги приготовить смесь.

– Я не умею.

– То есть? – удивляюсь я.

– То и есть. Не умею. Давай мне Мию и готовь смесь сама."

"Леон неторопливо подходит к нам, аккуратно берет у меня дочь и прижимает ее к себе. На несколько мгновений зависаю, наблюдая, как, склонившись, он с нежностью и теплом смотрит на Мию. Вновь накатывают приятные воспоминания, когда почти так же Леон смотрел на меня.

Нет, к малышке я его не ревную. Скорее недоумеваю, как все может измениться за столь короткий промежуток времени.

– С минуты на минуту за мной машина приедет, поторопись. – Дамианис ненадолго поднимает глаза, по-прежнему полные холода, а потом возвращает внимание дочери. – Ты как? – тихо обращается он к ней. – Все у тебя в порядке? Хорошо спала?

Мия внимательно смотрит на отца. И взгляд такой, будто понимает.