Двери во Тьме

 – Точно, так и есть… даже это продумали.

Вот так, «продумали». Федька мою теорию принял, уже лучше. И именно что «продумали». Сиденье испачкали, наверное, тогда, когда Рома был в здании Администрации. Испачкали с умом – не просто извозюкали брезент, а словно соплю подвесили к кромке, в темноте не разглядишь. Рома сел, испачкался, потом…

– А нападение где случилось? – повернулся я к коменданту, прислушивавшемуся к нашему разговору.

– А вот прямо здесь, перед воротами. Рома из машины вышел их открыть, и тут тварь на него из темноты.

– Сам видел? – уточнил я.

– Сам, – ответил тот.

 – Еще со мой Влад Мерзляков был, комендант второго корпуса, – указал он рукой на следующее здание, – и Большаков, жилец с третьего этажа. Мы втроем и кинулись, да поздно было, Рома умер уже.

– Откуда тварь появилась, не заметил?

– Не, мы курили и друг с другом трындели… – Комендант взял фанерную лопату и начал отгребать снег с заднего крыльца. – Только когда Рома заорал, обернулись.

– Хмырь напал? – уточнил Федька.

– Ваши сказали, что хмырь. Мы его там же и положили – почти до утра развеивался. А с машиной что делать теперь?

– Не знаю, – пожал я плечами.

 – Рома один жил?"

"– Один. Раньше с девушкой, но разошлись с год назад.

– Пусть пока здесь постоит, если очень надо – можешь даже пользоваться, – сказал я, чуть подумав. – Как выясним, что с ней делать, – сразу скажу.

– А, ладно, не вопрос.

– Давай, удачи, потом еще увидимся.

А что я могу еще про эту машину сказать? Наследников у Ромы, похоже, нет, как у половины местного населения, но мне он за нее честно заплатил, так что уже не мое. А так, глядишь… черт его знает, но у меня один союзник в запасе получился.

Пусть будет.

Когда садились в мой «кюбель», специально осмотрел сиденья, но никаких следов смеси крови с глицерином, или что это было, не обнаружил. Дверки-то и в этой машине не запираются, только захлопываются на защелку. Вообще похоже, что машину без присмотра оставлять уже не стоит. Не кровью помажут, так гранату в комплекте с килограммом тротила под днище засунут. И от чеки проволоку на колесо. Надо будет с утра заглядывать вообще-то.

– Куда теперь? – спросил Федька, после того как «кюбель» тронулся с места.

– По домам. Все на сегодня.

Завезу тебя, потом Настю с аэродрома заберу.

– Может, вместе за ней заедем?

– Все равно тебя завозить. Не, давай тебя сначала.

Ехали молча, мыслей в голове было столько, что на слова места уже не оставалось. Разве что у Федьки спросил разок:

– У нашей группы в Горсвете дежурство когда?

Федька задумался, что-то повычислял на пальцах, затем вполне уверенно ответил:

– Завтра на сутки заступают.

– Понятно.

– Зачем тебе?

– Хочу на Пашу глянуть.

– На хрена?

– На хрена? – переспросил я, сам задумавшись.