Двери во Тьме

Федька направился к стойке, а я продолжал глазеть в окно. Ничего интересного не происходило. Так, изредка проходили люди мимо, однажды из дома напротив вышла молодая симпатичная женщина в просто накинутой на плечи заячьей шубке и побежала куда-то за угол. Вот и все движение.

Так, ладно… У Червонца там офис, живет он наверняка не там. День закончится – и он куда поедет? Домой? Может, и домой. А может, и в кабак, если любитель хорошо время провести. Сюда? Нет, «Зорька» – место для быдла, а Матвей вроде как олигарх. То есть в гостиницу, скорее всего. Что это нам дает? Да ничего, разве что Пашу рядом с ним заметим.

Но мы уже и так знаем, что Паша рядом с ним, нам ничего доказывать не надо.

Проследить здесь никого не получится – город маленький, машин мало, любой хвост будет сразу заметен, а Паша нас еще и в лицо прекрасно знает. Так что… что «так что»? Что у нас есть и что может быть от этой слежки? В общем, у нас уже все ниточки соединились, лично нам самим доказывать уже ничего не надо. Нам бы просто Пашу. И того, кто больше всех знает. Есть у них такой? Добыли бы Пашу – узнали бы и это.

Паша… как добраться до Паши?

Я поглядел на Федьку, возвращавшегося за стол с двумя кружками чаю.

– Нет у них ни хрена на десерт, говорит, – пожаловался он на буфетчика. – За десертом в гостиницу посылает, а у них на сладости потребителя нет, у них только водка с закуской.

– Оно и верно, – кивнул я и добавил, вспомнив из Зощенко: – А натурального лимонаду, извиняюсь, не держим – потребителя нету.

– Во-во, примерно.

– Ну и хрен с ним, у меня идея есть, – сказал я, вдруг осознав, что она у меня и вправду появилась. – Допиваем – и пошли.

– Чего задумал?

– Увидишь.

Чай был горячий, быстро допить не получилось, а оставлять недопитым было жалко, тем более что еще на холод идти.

Допили все же, потом засобирались, застегиваясь на ходу. Скрипнула и глухо бухнула, захлопнувшись за спиной, дверь трактира, снег заскрипел под подошвами. Прошли через уже почти безлюдный базар к гостинице, на всякий случай стараясь держаться дальше от темных мест – на инстинкте, так сказать.

– А эти чо здесь делают? – спросил Федька, увидев двух мужиков в черных полушубках, овчинных шапках и с автоматами на плече.

На рукавах полушубков виднелись красные повязки «милиция».

И стояли эти самые милиционеры возле моего «кюбеля», причем один из них, усатый, лет тридцати с виду, держал в руках мой карабин и ППШ Федьки. То есть пошарились в машине. В салоне, если точнее, потому что если бы они заглянули в багажник, то нашли бы еще и вальтер с глушителем.

– Э, орлы, вы чего тут делаете? – разозлившись, с ходу спросил Федька.

– Документики ваши можно? – вместо ответа потребовал усатый.

– Документики можно, – кивнул я и вытащил из кармана удостоверение Горсвета.