Двери во Тьме

С гулкими металлическими бортами, тщательно выкрашенными бурым суриком, с какими-то белыми буквами и цифрами, выписанными по трафарету, с висящими по бортам кранцами из старых пеньковых тросов. Трап нашли сразу – металлический, вертикальный, спускающийся до самой воды.

На барже надстроили дом со вполне нормальной двускатной крышей. Обычный такой дом, со стенами, обшитыми доской, только окна немного чудные были – похоже, что полностью не открывались. Стены покрасили в белый цвет, рамы – в красный, а железная крыша была покрыта все тем же суриком. Ну и разводы от угольной пыли никуда не делись, ими здесь все покрыто было.

Вокруг стен оставался проход примерно в метр шириной, огражденный стойками с натянутыми леерами. Дверь обита жестью, открылась сразу, пропустив нас внутрь.

Это оказалась не плавказарма, а плавконтора, похоже. Федька, едва мы вошли, даже присвистнул, а это верный знак, что его посетила какая-то Очень Практичная Идея.

– Что, Федь, золотое дно нашли? – спросил я, шаря лучом фонаря по сторонам.

– А то! – громким шепотом ответил он.

– Блин, вы о чем другом думать можете? – разозлился стоящий за нашими спинами Иван.

– Вань, а о чем? – удивился Федька. – Я тут пока следы Тьмы ищу, и думать мне не надо, это все на инстинктах. А человеческий мозг, понимаешь, это такое устройство, что не думать не может.

– Или бабки не считать, – съязвил Иван.

– Ага, – легко согласился Федька. – Ты вот тоже вчера посчитал – и в долю вошел, ага? Или ты уже в отказе?

– А попозже нельзя об этом? – пошел на попятный Иван.

– Вань, мы попозже тоже об этом будем, – «успокоил» я его. – Ты не боись. Тема-то такая, вечная, почти как любовь.

Похоже, что в этой конторе размещалась дирекция порта, или что это было такое, черт его знает. Там же еще и на берегу какая-то контора.

Сама баржа была за обширный то ли трюм, то ли подвал. Нашлось там и «место содержания узников» – просто цепь с наручниками, в большом пустом отсеке. Деревянный топчан из грубой доски, потрепанный матрас, никакого белья, но несколько солдатских одеял. Печки здесь нет, а замерзнуть можно запросто, вот и не поскупились.

В самой конторе два больших кабинета, с несколькими столами в каждом, оказались на первом этаже, и три кабинета поменьше – на втором. Тут и нашлись «следы человека». Все три кабинета на втором явно были переоборудованы в спальни, сколочены топчаны из досок, такие же, как тот, что в трюме, но на них матрасы в три слоя, чтобы помягче. У печек запас угля, в шкафу нашлась еда, крупа, макароны, соль с сахаром. Странно: еду не взяли, когда съезжали отсюда. А то, что съезжали, – это точно, следы сборов все же заметны. Но жили именно здесь, однозначно, не на барже.

– Ну что, – вздохнул Иван, – надо и здесь все с ног на голову перевернуть. Искать будем.