Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Кто и зачем? Теперь уже не разберешь. Кровь под телами засохла, в воздухе вились вечно голодные мушки.

Такие картины попадались всюду, и эта была еще не самая страшной. Те, от которых леденели внутренности и становились дыбом волосы, уже стерлись из моей памяти. Точнее, размазались так, что самые жуткие детали сделались нечеткими, расплывчатыми.

Нам встречались и дети, и старики, и целые семьи, погребенные под стальной тушей грузовика и изодранные острым металлом измятого кузова или растрелянные прямо в своих машинах.

Даже смерть может примелькаться — мы быстро перестали ей удивляться, хватило часа, чтоб перестать разевать рты и вздрагивать каждый раз, когда в поле зрения попадал очередной мертвец.

Глубоко внутри щелкнул тумблер и отключил какие-то определенные реакции, облегчив нам жизнь. Я был этому рад, несказанно.

Я все говорил себе, что это всего лишь шоссе, бояться нужно городов. В Челнах мы, считай, не побывали — так заглянули на окраину и дали деру. Но вот если въехать вглубь города, любого, наверное, вот уж где кровь точно заледенеет в жилах.

Вскоре обнаружилась так нужная нам АЗС. К счастью, это была станция старого, почти исчезнувшего типа, из такой можно нехитрым способом получить топливо даже без электроэнергии.

Однако здесь все работало, и Семен, два года отдавший служению корпорации «Лукойл», залил бак рейнджера под завязку. Заодно мы раздобыли еще четыре пятилитровые канистры — теперь у нас было с собой тридцать пять литров топлива про запас, и, самое приятное, что в кузове пикапа осталось достаточно места — следующим пунктом плана был визит в магазин.

Примерно на полпути до Нижнекамска мы стали свидетелями весьма занятного зрелища.

Оно немного разбавило напряженное уныние своим комизмом, заставив нас улыбнуться.

За все три дня после начала катастрофы никто в нашей компании всерьез не задался вопросом, чем же питаются зараженные, чтобы хотя бы минимально поддерживать свои силы. У меня пару раз такая мысль проскакивала, но сразу попадала в категорию «Досужее любопытство» и откладывалась на неопределенное «потом». А ведь это не мертвецы, это люди, или, как минимум, живые существа, и им необходимо как-то поддерживать свои силы.

Нет, к счастью, зомби не ели трупы людей — по крайней мере, я каннибализма за ними не замечал.

Встреченный нами зараженный сидел на обочине рядом с аккуратно припаркованной бежевой тойотой на фоне бескрайнего зеленого поля и за обе щеки уплетал черствеющий каравай. Где он раздобыл хлеб — ума не приложу, но ел он с большим удовольствием, успешно оприходовав первую половину. Интересно только, где он возьмет воду, она-то как раз важнее. Голодать можно и несколько недель, а вот без воды можно получить билет наверх уже на третий день.